52 Гц

Он положил на кровать свой экземпляр сценария, зачитанный и размеченный разными цветами, и Фредди мгновенно сцапала его.

— Как тебя тут зовут? — спросила она, играясь с перелистыванием страниц.

— Эрик МакТир, — сказал он.

— МакТир — это же волк? — оживилась Фредди. — Ты оборотень, как в «Сумерках»?

— Нет, это просто фамилия.

— А-а, — разочарованно протянула она и перелистнула дальше.

Она разглядывала оставленные Майклом заметки, расспрашивая, что это значит, а тот рассказывал, как готовится к роли, и цитировал свои реплики, когда она въедливо проверяла, хорошо ли он знает текст.

Она удивительно уместно смотрелась здесь, валяясь на кровати и засыпая его вопросами. Майкл с сожалением думал, что они слишком редко видятся. Он не замечает, как она растет. Его нет рядом с ней, когда у нее проблемы. Они поддерживают связь на расстоянии, но он не может просто сесть рядом, обнять и спросить, что случилось, если видит, что она приуныла.

И он не может ничего изменить, а время бежит и она взрослеет.

Он твердо решил, что по крайней мере эти несколько дней Джеймс им не испортит. Они разругаются потом, сколько угодно — но не тогда, когда здесь Фредди, и он хочет показать ей часть своей жизни. Самую важную часть.

Он закрыл дверцы шкафчика, присел рядом с ней и обхватил за плечи, привлекая к себе. Прижался губами к рыжей макушке, которая пахла персиковым шампунем. Фредди, отзывчивая на ласку, тут же бросила сценарий и прильнула в ответ, обхватила руками за пояс, не спрашивая, что на него нашло. Она всегда принимала внимание к себе как нечто естественное, возникающее само собой и не требующее особых причин для проявления.

— Ну что, морковка, — сказал Майкл, — пойдем?.. Покажу тебе, как я работаю.

— Ура! — вполголоса воскликнула Фредди и спрыгнула на пол.

День выдался мокрым. Мелкий дождик сеял водяную пыль, порывы ветра горстями бросали ее в лицо. Фредди, запакованная поверх одежды в прозрачный дождевик с яркой неоновой каймой, прыгала по каждой попадавшейся на пути луже, восторженно глядя, как разлетаются брызги из-под ее резиновых сапожек. От трейлерного парка к основной площадке вела асфальтовая дорога. Они шагали по ней. Майкл курил, Фредди скакала по лужам, радуясь, что ее никто не одергивает.

— Ты знаешь, что на самом деле ты появилась здесь? — спросил Майкл.

— Где здесь? — Фредди мгновенно развернулась к нему. — Вот прям тут?

— Нет. Здесь, в Ирландии.

— А мама говорила, я родилась в Лондоне, — с подозрением сказала Фредди. Она не любила, когда два одинаково важных авторитета сталкивались мнениями, от чужого спора могла начать горько рыдать, думая, что люди спорят, когда ненавидят друг друга.

— Ты же знаешь, что до того, как родиться, ты какое-то время живешь внутри мамы, — сказал Майкл.