52 Гц

Он был пьян от азарта и блеска, и в лифте, который уносил их наверх, в люксовый номер, они целовались, как голодные звери, кусаясь, оставляя друг на друге отметины по всей шее.

Джеймс упал на кровать спиной, раскинул руки на золотистом покрывале, засмеялся, бессмысленно глядя в потолок. Майкл подошел, закрыв дверь, поймал его за ногу, стащил с нее обувь.

— Ты приносишь удачу, — сказал он, демонстрируя Джеймсу толстую пачку сотенных купюр, которая заметно прибавила в объеме. — Не хочешь меня отблагодарить?..

— Я слишком пьян, отвали, — Джеймс дрыгнул ногой и попытался завернуться в покрывало.

— Давай, не ломайся.

— Не хочу, — пробубнил тот, сверкая глазами. — Не буду. Отстань.

— Да, отвали, — Джеймс со смешком пнул его пяткой в колено. — Я хочу спать.

— Ты не хочешь спать.

— Я хочу! И вообще, выйди! Возьми себе другой номер! Хочешь трахаться — сними шлюху.

— Я уже снял, — улыбаясь, сказал Майкл, прогоняя в пальцах уголки банкнот.

— Ничего ты не снял, у тебя… у тебя столько нет, чтобы меня снять! — гордо и пьяно заявил Джеймс, поглядывая на него поверх золотистого края покрывала.

Майкл сдернул его с Джеймса. Согнул в пальцах пачку свежих, упругих купюр — и они хрустящим веером вырвались из руки, закружились в воздухе, осыпая кровать, Майкла, пол, Джеймса.

— Столько хватит?.. — ухмыляясь, спросил Майкл.

Джеймс с отчаянным воплем закрыл лицо руками.

— Майкл, нет!.. Нет!.. — простонал он сквозь ладони. — Что ты делаешь, господи!.. Это такая пошлость!.. Не смей!.. Я не хочу это видеть!

Майкл, нагнувшись, за колени подхватил его и стащил к краю кровати. Расстегнул на себе джинсы, чуть приспустил.

— Ты любишь пошлость, моя правильная хорошая детка, — сказал он и слегка толкнул коленом его ногу, вынуждая отнять руки от лица.

Джеймс, усыпанный деньгами, посмотрел на него с восторженным ужасом, затаив дыхание. Майкл поманил его к себе согнутым пальцем.

— Отсоси мне, — приказал он. — Как раньше. Как моя маленькая сучка. Я тебя купил, так давай.

Джеймс, вспыхнув, выдохнул себе в ладони. Его ужас сменился влюбленной паникой. Он смотрел на Майкла огромными глазами, не в силах пошевелиться.

Потом, вильнув задом, сполз с кровати, ткнувшись коленками в пол, и потянулся стащить с него джинсы, с немым обожанием глядя снизу вверх.

Звонок телефона Майкл услышал не сразу. Выкопался из-под одеяла, поцеловал страдальчески замычавшего Джеймса в плечо. Нашел свой телефон на полу у кровати, выдохнул в трубку:

— Ты рехнулся?! — привычно, сходу, заорал Зак. — Майки!.. Ты рехнулся!.. Ты ебнулся! Что ты творишь!

— Привет, — флегматично сказал Майкл, пальцами протирая слипающиеся глаза.

Несмотря на вчерашнее шампанское, в голове, как ни странно, было не так уж и плохо.