Книга гор

Молнии, гром, ветер, чугунный шар… Молнии, шар, ветер… Молнии…

…Инга с Томом подняли меня с камней. Я увидел глаза Инги – огромные, блестящие, на перепуганном мокром лице. Она плакала? Или это дождь…

– Дима, Димочка… Что с тобой?

– Ничего. Норма… – Я даже попытался нагнуться за упавшим мечом. Но Том уже поднял его и отдал мне. Инга смотрела с сомнением, справедливо не доверяя бодрому тону.

– Что вы стоите? – сбивающимся голосом произнес Тимур. – Будем ждать продолжения?

– Шторм ведь, – не отрывая от меня взгляда, сказала Инга. – А эти убежали…

Тимур изменился в лице:

– Они не убежали! Кодекс чести запрещает воинам убегать. Они отступили, но они вернутся.

– Какой кодекс? Что ты несешь, Тим?

– Да сталкивайте же шлюпку, кретины! – Тимур подбежал к «Дерзкому» и уперся в борт. Том шагнул следом.

– Инга, прикрывай нас. – Я рубанул мечом по туго натянутой веревке якоря. Черт с ним, с самодельным трехлапым «рыболовным крючком». Тимур без причины не паниковал, в этом мы только что убедились.

Втроем мы спустили шлюпку в бурлящий коктейль из воды, пены и поднятого со дна песка. Парус не был поднят, но «Дерзкий» тут же закрутился на мелководье, разворачиваясь вдоль ветра. Нелепая коробка каюты ощутимо накренилась, принимая на себя удары ветра.

Она медленно отступала к нам, вглядываясь в кусты. Вошла по колено в воду, ткнувшись спиной в мое плечо. Негромко сказала:

– Дим, там кто-то есть… Я видела.

Разворачивающийся борт шлюпки надвигался на нас. Я пригнулся, подхватил Ингу под коленки и подсадил в шлюпку. Как ни странно, жест вышел настолько естественным, что она даже не успела возмутиться.

Когда я перебрался через борт, Том уже сидел у руля. Тимур молча и ожесточенно натягивал парус.

– Тим! – Сгибаясь от ветра, я перебрался к нему. – Не стоит, слишком сильный…

Тимур резко повернулся ко мне. Глаза у него были прищуренные, бешеные.

– По-мо-гай! – в самые уши закричал Тимур. – Отсюда не уходят живыми! Быстрее!

Мы закрепили вырывающийся парус. Том никак не мог справиться с рулем – шлюпка шла вдоль берега, медленно-медленно отдаляясь. Через палубу перехлестывали волны – будь у нас обычная шлюпка, без настила, мы бы уже пошли ко дну, набрав полные борта воды. На четвереньках – ветер бесился так, что упасть за борт ничего не стоило – мы добрались до скрипящей, раскачивающейся каюты, прижимаясь к которой сидела Инга.

– Ты не бойся, – начал я, но Инга перебила:

Тимур успокаивающе махнул рукой. Вышло не слишком удачно – мы увидели промокшую от воды и крови повязку.

– Сменить надо! – умоляюще сказала Инга.

Вода лилась отовсюду. Наконец-то пошел дождь, и вдобавок сильнейший – настоящий ливень. Мы с Тимуром уселись вокруг Инги, прикрывая ее с боков.