Город драконов. Книга первая

Под конец отваропития я в ультимативной форме потребовала назад все свои белые ночные сорочки!

Утром разразилась страшная метель.

Она завывала значительно громче, чем я в недавнем порыве отчаяния, залепляла окна снегом, пыталась проникнуть сквозь трубу в камине, но совершенно не стала препятствием для слухов. Воистину; у меня даже появилось впечатление, что метель этим слухам даже способствовала.

— Все в городе только и говорят, как вас спасла от смерти черная ночная сорочка! — заявила раскрасневшаяся с мороза и торопливо вошедшая в гостиную, где я сидела у камина, Бетси.

Осознание того, что о моем позоре знает весь город, было… болезненно.

— Все портнихи шьют черные! — продолжила не услышавшая моего тихого, полного отчаяния стона горничная. — Точно такие, как у вас — черный шелк и кружево!

Мой второй стон был громче первого.

То есть теперь весь Вестернадан посвящен в такие тонкости, как мои ночные сорочки и лицезрение их убийцами. Очаровательно, просто очаровательно.

— Все только и говорят, — продолжила Бетси, — как убийцы, раздев вас и обнаружив черное кружево, бросились прочь, сверкая пятками!

Я вдруг подумала, что не выходить из дому вообще никогда — в целом очень хорошая идея.

— Бетси, меня никто не раздевал! — раздраженно сообщила девушке.

— Да? — искренне удивилась она. — А как же тогда они узрели черное кружево?

Хороший вопрос!

— В любом случае, — продолжила с воодушевлением горничная, — теперь образец сорочки, как у вас, висит на витрине магазина готового платья!

Боже, за что?!

* * *Ближе к вечеру метель усилилась, но это не помешало младшему следователю Гордану прибыть ко мне с обещанной леди Арнел информацией. Сославшись на мигрень, я не стала спускаться и лишь обрадовалась этому, когда миссис Макстон принесла пакет с кратким описанием мест убийства, убитых и способа убийства.

Увы, но один только мистер Илнер за ночь чрезмерных возлияний собрал больше информации, чем мне предоставила вся полиция.

Последней каплей в чашу моего разочарования стали цветы. Их доставили из цветочной лавки, но мистер Уоллан не позволил внести букет в дом до тех пор, пока не поднялся ко мне и не поинтересовался, имею ли я что-то против алых роз. Алые розы угрозы не представляли, как мне тогда думалось.

Но едва непомерной величины букет внесли в дом и я взяла в руки карточку с именем отправителя, мое мнение мгновенно изменилось — отправителем значился лорд Давернетти. В самой открытке было выведено его издевательским почерком: «Самой очаровательной носительнице черной ночной сорочки».

— Мистер Уоллан, — разрывая послание на мелкие клочки, прошипела я, — вы не могли бы вернуть данный веник посыльному обратно?

Огромный алый букет гордо уехал в метель, радуя меня видом своего отступления.