Дракон вредный, подвид мстительный. Книга 2

Было страшно, жарко, от волнения закружилась голова, но одним лёгким касанием мой позор не ограничился.

Вторая моя рука обвилась вокруг мужской шеи, и я… углубила поцелуй.

Эрвин застонал и ответил — быстро, горячо, страстно. Его губы обжигали и ласкали, а руки скользнули по моей спине и застыли на талии, явно не желая отпускать.

Воплощённый держал, отвечал на поцелуй, и происходящее было настолько приятным, что у меня чуть колени не подогнулись. Но я держалась за остатки здравого смысла, как потерпевший кораблекрушение за единственную уцелевшую доску! И едва появилась возможность, я прекратила этот беспредел.

Шаг назад был не отступлением, а настоящим бегством! Я буквально отпрянула от Эрвина, едва не уронив проклятый стул.

Открыла рот, чтобы объяснить… Сказать — вы предлагали в прошлый раз, и вот. Я сама поцеловала, поэтому забудьте о моих грехах, обнулите список!

Но со словами не получалось, я была в шоке от собственных действий, а эр Форс… он и сам понял:"

"— Нечестно играешь, — голос Эрвина прозвучал хрипло, зелёные глаза притягательно потемнели.

— А был другой вариант?

Лорд директор не спешил отвечать, и я этой заминкой воспользовалась. Схватила злосчастный список и, махнув им перед носом командования, устремилась прочь.

Но сбегая думала вот о чём — почему настроение директора опять портится? Почему он, получив желанный поцелуй, уже не просто злится, а натурально звереет?

— Августа! — донеслось вслед, и я позорно ускорилась.

Нет-нет! Даже знать не хочу, чем он опять недоволен!

— Кадетка эс Тирд! Вернись немедленно!

Но меня было уже не догнать.

Вечер получился скомканным и каким-то странным.

Я ходила из угла в угол, взвинченная собственным поступком, и думала исключительно об Эрвине. Щёки предательски полыхали целых два часа.

В процессе блужданий ко мне заглядывал Янтарчик, я даже попыталась обсудить с ним ситуацию, которая возникла в подпространстве, но разговор вышел вялым.

Потом с прогулки явились девчонки. На вопрос «где вы так долго пропадали?», утомлённая Пенелопа ответила:

— Августа, не сейчас.

Я удивилась, но выпытывать не стала. Отметила, что все пятеро выглядят очень уставшими, и отдельно — Миоль с Флавией воротили от меня носы ещё активнее, чем всегда.

Зато на Пенелопу реагировали лучше, и возникло ощущение, что я безнадёжно выпала из жизни нашей девичьей компании. Что с Пенелопой успели помириться, а я осталась единственным врагом.

От этого стало обидно, но я отодвинула эмоции подальше и, когда все разбрелись по комнатам, спросила у новоявленной соседки:

— Вы на ужин-то идёте?

Упавшая на кровать Пенелопа простонала что-то невнятное. Подумав, я решила не ждать.

Я отправилась в столовую одна. Взяла поднос, составила на него тарелки и уселась за наш обычный столик.