120 дней Содома

Он выкалывает ей оба глаза и оставляет запертой в комнате, говоря, что перед ней стоит пища и она может до нее добраться. Для этого она должна пройти по железной пластине, которую не видит; пластину постоянно держат раскаленной. Он забавляется, глядя в окно на то, как она это проделывает: обожжется ли она или предпочтет умереть от голода? Перед этим ее сильно высекли.

148. Он мучает ее с помощью веревки: руки и ноги у нее связаны; ее очень высоко поднимают за веревки; затем заставляют падать с большой высоты; каждое падение вызывает ушибы и разбивает все тело.

149. Он наносит ей глубокие раны, в которые льют кипящую смолу и расплавленный свинец.

150. Он привязывает ее, нагую и беспомощную, в тот час, когда она родила; ее дитя он привязывает напротив; ребенок кричит; она не может помочь ему. Надо, чтобы она видела, как он умирает. После этого наотмашь сечет мать по влагалищу, направляя свои удары вовнутрь. Обычно, он и является отцом этого ребенка.

151. Он накачивает ее водой, затем зашивает ей щель, зад и рот; в таком положении оставляет ее до тех пор, пока вода не прорвет протоки или она сама не погибнет. (Проверьте, почему оказалась одна лишняя история; если одну надо убрать, то пусть ей будет эта последняя, которая, я думаю, была уже исполнена.)

В этот вечер зад Зефира предоставлен всем, а Аделаида приговорена к жестокой порке, после которой ее будут жечь горячим железом; вблизи внутренней части влагалища, подмышками, немного подпалят под каждой грудью. Она героически выносит это, взывая к Богу, что еще больше раздражает ее палачей.

Сто пятьдесят смертельных или четвероклассных страстей, составляющие двадцать восемь дней февраля, наполненных повествованиями Ла Дегранж, к которым прилагается точный дневник скандальных событий в замке в течение того месяца.

С самого начала установите, что в этом месяце все меняется, четыре супруги отвергнуты, но Юлия снискала себе милость Епископа, который взял ее к себе в качестве служанки; Алина Аделаида и Констанс оказываются без приюта, за исключением, пожалуй, последней, которую Дюкло было позволено пристроить у себя: заботились о ее «приплоде.» Что касается Аделаиды и Алины, то обе они спали в хлеву со скотиной, предназначенной на убой. «Султанши» Огюстин, Зельмир, Фанни и Софи замени ли этих супруг во всем: в туалете, в обслуживании трапез, на канапе и в постелях господ по ночам. Так что в этот период комнаты господ ночью выглядят таким образом.