10000 миль, чтобы найти тебя

– Марго, приди в себя! – Мне хотелось привести ее в чувство, хотя и вышло грубовато. – Ты не можешь вести такую игру. Нельзя вести себя так, словно ты можешь вершить судьбу, как и нельзя относиться к происходящему так, будто существуют какие-то доказательства, подтверждающие существование чего-то подобного. Это уже серьезно! У тебя будет ребенок, и ты не знаешь, кто его отец, но хуже всего то, что ты даже не подумала сказать об этом Малькольму.

Мэгги покачала головой.

– Если Малькольм узнает об этом…

– Ты должна сказать ему! Им! Им обоим! Они должны знать, Мэгги. Ты не можешь сама решать, кто отец твоего ребенка, так не бывает.

– Я хочу лучшего для ребенка.

Я помотала головой.

– Нет, милая… Ты просто хочешь того, что, по твоему мнению, будет лучше для твоего сердца. Ты не можешь выбирать, кто будет отцом твоего ребенка, основываясь на своих чувствах к одному из них. Помимо всего прочего, сомневаюсь, что тебе хочется связать Нейта с ребенком, который, возможно, не его.

– Ты не знаешь, каково это – любить кого-то с таким отчаянием, что готова пойти на все, чтобы вернуть его!

Я замолчала, наблюдая за ней и слыша боль, запечатленную в каждом из этих слов. Уверена, ей было нелегко говорить все это вслух. Это нечто глубокое, правда, которая исходила из глубины ее души, и поэтому мне было искренне ее жаль… но это было неправильно.

– Ты не такая, – спокойно сказала я. – Ты позволяешь себе поддаваться страху, страху родить ребенка в одиночестве или с кем-то, кого ты не любишь, но, Мэгги… Нейт уже дал тебе понять, что не любит тебя, и я не говорю о том, как ему может быть больно из-за того, что ты вышла замуж за его лучшего друга, ведь это и так понятно. Я говорю о том, как он относился к тебе с тех пор, как встретил тебя, о том, как он показывал себя все эти годы…

– Ты слышала только плохое, и поэтому у тебя отложились только негативные моменты…

– Потому что он причинил тебе столько боли!

– Ну и что? – спросила она меня, повышая голос. – У нас что, есть какой-то негласный закон, в котором говорится, что для настоящих и реальных отношений не допускается причинять друг другу боль? Это утопия! Если есть любовь, значит, есть место и для боли, потому что сердце отдано другому человеку, и ты остаешься незащищенной и уязвленной! Я любила Нейта, а он любил меня, и в глубине своего сердца я знаю, что в нас обоих до сих пор все еще живет любовь, любовь друг к другу, любовь, которая привела нас к этому ребенку…

Я покачала головой.

– За тебя говорят гормоны.

– Они говорят о моих чувствах, а мои чувства принадлежат мне и никому другому! Я устала анализировать свои отношения, основываясь на предрассудках людей или исходя из того, какой якобы должна быть любовь.