10000 миль, чтобы найти тебя

Он качал головой, слушая мои слова.

– Повторюсь: вот бы и я мог смотреть на мир так же, как это делаешь ты.

Я несколько раз моргнула.

– Для этого тебе для начала стоит снять свои очки, – сказала я, и парень непонимающе посмотрел на меня. – Те, которые ты всегда носишь и благодаря которым смотришь на мир как на стеклянную тюрьму.

– И как сейчас обстоят дела в стеклянных тюрьмах?

– Жизнь намного проще, чем ты себе представляешь.

– Только не тогда, когда тебя пытаются убить прямо у меня под носом.

– Они этого не сделали.

– И не сделают, потому что сначала я прикажу убить их голыми руками.

Мы молчали, смотря друг другу в глаза, с силой, которая вызывала у меня дискомфорт, потому что мне чертовски хотелось, чтобы он взял меня, как сделал это в уборной, и помог мне хотя бы на несколько минут забыть обо всем, что творилось вокруг.

– Ты отвезешь меня домой? – спросила я наконец, разрушая чары.

Алекс кивнул и встал.

Я позволила ему отодвинуть мой стул, потому что мне было не очень удобно вставать так же быстро, как это сделал он.

Мы сели в машину, и пока ехали по оживленному Лондону, мне хотелось, чтобы все это было правдой… Мне хотелось быть под его защитой и при этом быть его девушкой, а не просто подругой. Мне хотелось стать частью его жизни так же, как он был частью моей в течение тех чудесных тридцати дней. Мне хотелось… хотелось поехать к нему домой и познакомиться с его дочерью. Быть кем-то бо́льшим, нежели просто девушкой, которую Алекс встретил на Бали.

Неимоверно трудно усмирить чувства, которые боролись за то, чтобы одолеть самую рациональную часть моего мозга, и, прежде всего, трудно обуздать парня, который явно отчаянно желал меня, чего даже не пытался скрыть.

Когда мы подъехали к отелю «Оливьери» и я собиралась выйти, Алекс потянулся и взял меня за руку, заставляя медленно повернуться к нему.

– То, что было в уборной… между нами… – начал он, и мне пришлось тут же прервать его:

– Это была ошибка?

– Да твою ж… Послушай, если все, что было между нами, было ошибкой, тогда я хочу ошибаться в тебе каждую секунду своей жизни.

Я покачала головой.

– Не усложняй ситуацию еще больше, Алекс, пожалуйста.

Он приблизился ко мне, одновременно с тем наклонив голову в мою сторону. Мы были куда ближе, чем я могла вынести, не бросившись при этом в его объятия, чтобы потребовать, чтобы он закончил то, что начал в туалете.

– Даю тебе неделю, Никки, – сказал он, будучи максимально близко от моих губ, – неделю до того, как ты сама попросишь меня затащить тебя в постель.

Я сделала глубокий вдох, но отстранилась, потянув его за руку и вырвавшись из его хватки.

– Искушение, может, и сильное, но моя воля побеждала в битвах и похуже этой, Ленокс.

На его лице появилась полуулыбка.