Богатые тоже плачут. Книга 1

Как рн рад ее приходу – она видела это по его глазам, – так невозможно притворяться. Как бережно взял он в руки ее подарок, пошутив, что так она может разориться… Боже, сердце не выдержит, ее слабое сердце.

Расставаясь около ее дома, когда он проводил ее до дверей, сказал: «Только ты одна меня не поцеловала… Ведь сегодня день моего рожденья».

Луис Альберто уже несколько дней не ходил в контору. Казалось, он опять перешел к своему прежнему образу жизни – спал до обеда, вечером уходил в ночной клуб и там напивался. Эстер, напротив, каждый день ходила в контору как на работу. С ее цепким практическим умом ей оказалось несложно быстро войти в курс всех дел.

Постепенно она становилась в конторе незаменимой, все больше и больше вытесняя оттуда, далеко не такого работящего, Луиса Альберто.

Вернувшись домой на обед, Эстер постучала в дверь мужа.

– Войдите! – хриплым спросонья голосом ответил Луис Альберто.

– Ты сегодня опять не на работе? – презрительно спросила Эстер. – Я сейчас веду переговоры с покупателями и хотела поговорить с тобой. Вчера я видела подписанные тобой документы на продажу арматуры. И цена мне показалась невероятно высокой.

Луис Альберто с ненавистью посмотрел на жену. Он не хотел слышать ни о какой арматуре. Все его помыслы блуждали в стороне от служебных забот.

– Знаешь, Луис Альберто, – усмехнулась Эстер, угадав его мысли. – Эта работа не для тебя. Ты же любишь только развлекаться. Занялся бы чем-нибудь другим, – она презрительно сморщилась. – Ну хотя бы литературой. А в конторе тебе легко найдут замену.

Эстер, разумеется, имела в виду прежде всего себя. Все, включая дона Альберто, вынуждены были признать деловые качества Эстер. Из нее мог бы выйти очень толковый работник и даже руководитель предприятия, если бы только…

– Зачем ты говоришь мне это? – с отвращением глядя на жену, спросил Луис Альберто. – Выискиваешь повод, чтобы уколоть меня?

– Нет, – смягчилась Эстер. – Просто мне нужна твоя помощь. Я хочу продать дом. Могла бы обратиться к твоему отцу, но он очень занят и сильно устает.

– А я, по-твоему, бездельник? – горько спросил Луис Альберто.

Он был противен сам себе, и слова Эстер только усиливали это ощущение.

– Нет, я этого не говорила, – ответила Эстер, а затем добавила голосом, полным ядовитой иронии: – Ты рожден не для работы, а для большой любви.

– Если бы ты знала, как я тебя ненавижу, – процедил Луис Альберто.

– А я, – бесстрастно ответила Эстер, нагло смотря ему прямо в глаза. – Я, напротив, люблю тебя.

В действительности она испытывала к нему лишь ненависть и презрение, как к никчемному, пустому человеку. Но он был богат, а выпускать из своих цепких ручек богатство Эстер не собиралась.

Фернандо, как всегда был полон коварных планов.