Книга Балтиморов

— Так ты хочешь быть певцом или знаменитым? — спросил я.

— Я хочу быть знаменитым певцом.

— А если что-нибудь одно?

— Тогда хочу быть известным.

— Зачем?

— Ну, приятно же быть известным. Разве нет?

— Слава — это всего лишь одежда, Сикоморус. Одежда, которая в конце концов становится мала, или изнашивается, или ее у тебя крадут. Главное — то, какой ты голышом.

Атмосфера в доме стала довольно мрачной. Когда я приходил в перерыв посидеть с дядей Солом на скамейке у магазина, он бывал задумчив и говорил мало. Вскоре я стал приходить в «Хоул Фудс» через день, а потом и через два дня на третий. На самом деле только Фейт могла заставить дядю улыбаться. Он оказывал ей маленькие знаки внимания: дарил цветы, приносил манго с террасы; однажды даже пригласил ее домой на обед и ради такого случая повязал галстук, чего я не видел уже несколько лет. Помню, в Балтиморе у него была весьма внушительная коллекция галстуков, но при переезде в Коконат-Гроув она куда-то делась.

Вторжение Фейт в наши с дядей отношения слегка выбило меня из колеи. В конце концов я даже задался вопросом, не ревную ли я к ней, притом что должен радоваться за дядю: ведь он нашел человека, который отвлекает его от однообразной жизни. Я даже стал сомневаться в причинах, по которым езжу во Флориду. Может, это не любовь к дяде, а желание показать ему, что племянник из Монклера его превзошел?

Однажды в воскресенье, когда он читал в гостиной, а я собирался покататься по Майами, чтобы не мешать ему устраивать свои любовные дела, я спросил:

— Ты сегодня не встречаешься с Фейт?

— Нет.

Я промолчал.

— Марки, — произнес он, — это не то, что ты думаешь.

— Я ничего не думаю.

Когда он в первый раз отгородился от меня, я решил, что он злится на мои бесконечные расспросы. Это случилось вечером, после ужина, когда мы, по обыкновению, мирно гуляли по спокойным улицам Коконат-Гроув. Я спросил:

— Бабушка мне рассказала про вашу ссору с дедушкой. Ты из-за этого переехал в Балтимор?

— Мой университет входил в систему университета Балтимора. Я записался на юридический факультет. Сказал себе, что это хорошее образование. Потом сдал экзамен, вступил в коллегию адвокатов Мэриленда и начал работать в Балтиморе. И мои дела быстро пошли в гору.

— И с тех пор ты больше не встречался с дедушкой?

— Больше двенадцати лет. Но бабушка часто приезжала повидаться с нами.

Дядя Сол рассказал, что на протяжении долгих лет бабушка раз в месяц тайком выбиралась из Нью-Джерси на денек в Балтимор пообедать с ними.

В 1974 году дядя Сол с дедушкой не разговаривали уже год.

— Как ты, дорогой? — спросила бабушка.

— Хорошо. Изучаю право, вполне успешно.

— Так ты будешь адвокатом?

— Думаю, да.

— Ты бы мог приносить пользу нашей фирме…

— Мама, не будем об этом. Пожалуйста.