Наследница Асторгрейна. Книга 2

Глава 18

За ужином я опять встретилась с отцом и Иэлениль. Первый смотрел с тревогой и настороженностью, будто ждал от меня какого-нибудь безумства, вторая постоянно кидала внимательные взгляды, в которых читалось молчаливое предупреждение. Перед десертом, она небрежным жестом подозвала слугу и, не отрывая от меня глаз, положила на его поднос небольшой конверт. Затем кивнула, и лакей направился ко мне.

Под пристальным взглядом Иэлениль я взяла в руки записку и развернула. Сердце заколотилось как сумасшедшее. Это была рукописная копия списка тех, кто пожелал объявить в день Выбора о своем обете. Список смертников, если быть до конца честным, ведь только часть из них останутся в живых к началу Аукциона.

В самом верху стояло имя Лейса Архарона. В этом можно было даже не сомневаться. Кто-то – я уверена, что Иэлениль – трижды подчеркнул его и поставил три восклицательных знака, видимо для того, чтобы я ощутила всю значимость данного кандидата.

Затем шел десяток неизвестных мне имен. Предпоследним я обнаружила некоего Кайре Маллокена из Розенгрейна, а в самом конце небрежным почерком был приписан Рейхо Кархадан. Видимо, этих двух в расчет не брали и вообще не желали видеть в будущих эрзянах Асторгрейна. Напротив имени Рейхо стояла галочка. Я вспомнила, что вот как раз он-то и получил некоторые льготы, по сравнению с остальными. Ему не придется рисковать своей головой еще раз, ведь обет ему засчитали задним числом.

А Эйден? О чем объявит он в день Выбора? Что поклянется исполнить за четырнадцать дней, предшествующих Аукциону?

Я подняла голову и наткнулась на внимательный взгляд старшей даханни. Все остальные лицемерно делали вид, будто ничего не происходит, но Иэлениль буквально буравила меня своими глазами, в которых отчетливо читалось предупреждение.

Увидев, что я смотрю на нее, она едва заметно улыбнулась краем губ и с удовлетворенным видом откинулась на спинку кресла.

Женщины за столом весело болтали о предстоящем Аукционе, обсуждали наряды, гостей, сплетничали о знакомых. Только я, да еще эрзун, не принимали в этом участия. Он молча ковырялся в своей тарелке, но гораздо чаще обычного прикладывался к бокалу. Стоявший за его спиной слуга не успевал подливать прозрачное вино, от которого так непривычно пахло горькой полынью.

Почувствовав мой взгляд, Айвердан невесело усмехнулся, а потом произнес:

– Завтра будет официальная встреча претендентов. И объявлен день Выбора. У претендентов будет всего две недели, чтобы доказать свою доблесть. После этого оставшихся в живых ждет жеребьевка. По правилам Аукциона, им придется разбиться на пары и выбрать оружие. В каждый следующий тур переходят только победители, независимо от ран и состояния здоровья. Ни один не смеет отказаться и отступить.