9 месяцев до второй встречи

– Не за что просить прощения, – мужчина выдает строгий вердикт, – вы явно переживаете из-за чего-то. Я должен… Хм, я хотел бы знать, в чем причина.

А я вроде не хочу спорить как упрямая ослица. С другой стороны, что ему рассказать? Обсудить женские сплетни? Бред же. Да и срыв обусловлен не только ими.

– У тех, кто недавно родил, настроение скачет, – стараюсь подобрать слова к деликатной теме, – это кажется, ты уже не беременна – можешь расслабиться. На деле не так.

Антон хмурится задумчиво. Что-то подсказывает, до конца он мне не верит. Мужчина украдкой кидает взгляд на посапывающего Мишку.

– С малышом все в порядке?

Мог бы и не спрашивать, ведь он в курсе всех дел с маленьким.

– Да, в норме, – киваю.

– А с его отцом?

Вопрос не на шутку застает врасплох, отшатываюсь. Если до Ястребовых и дошли слухи о моем богатом «покровителе», они в курсе их дурости. Ведь именно эта семья купила все те вещи, которые девочки приняли за презенты обеспеченного мужчины. Но что тогда Антон имеет в виду?

– Не понимаю, – признаюсь.

Ястребов закладывает кончики пальцев в передние карманы джинсов, прохаживается по палате. Несколько секунд молчит, только желваки дергаются и набухает венка на шее. Наконец, он созревает до объяснений.

– Возможно, папа Михаила установил с вами связь. Именно это вас и выбивает из колеи.

Ох, папа Михаила, конечно, нехило нарушает мой покой. Но боюсь, Ястребов имеет в виду далеко не себя.

– Никто со мной связь не устанавливал.

Говорю общую фразу, потому что мне дико сложно ему врать. Если бы не угроза для благополучия Мишки, выложила бы Ястребову прямо сейчас всё как есть. И посмотрела бы на выражение его красивого лица.

Но пока оно не передает эмоций. Антон лишь пристально смотрит мне в глаза.

– Не думайте, что вас здесь кто-то осудит, – наверное, в нем включается учредитель фонда, – наоборот, мы постараемся вам помочь.

Я глубоко вздыхаю.

– Вы и так помогли мне по полной. И спасибо, что немного побыли жилеткой.

Улыбаюсь, чтобы хоть как-то развеять напряжение момента. Но полушутливая благодарность имеет обратный эффект. Ястребов замирает, и, бьюсь об заклад, на его шее появляется несколько красных пятен. Неужели он смущён?.. Мне хочется хихикнуть, несмотря ни на что.

– Пустяки, – отмирает тем временем бизнесмен, – если что, я всегда на связи. Имейте в виду.

– Спасибо.

Мы застываем на несколько секунд в зрительном контакте. Его взгляд хоть еще подозрительный, но теплый. А мне вдруг хочется хотя бы глазами показать, как я неравнодушна ко всему, что он делает. Но магия момента рано или поздно заканчивается, и мы вежливо говорим друг другу «до свидания».

Уже когда даю сыну грудь, пускаю на волю мысли. Все же очень странное у меня отношение к Антону Ястребову.