#8-Дань Псам

Глубоко под фундаментом древние ступени вьются через слои известняка, оканчиваясь чередой грубо вытесанных крипт, многие поколения использующихся как кладовые. Скромный Малый подозревал: задолго до этого они служили иным, более зловещим целям.

Недавно он сделал одну из крипт тайным кабинетом, в котором мог работать один, защищенный паутиной дремлющих чар; здесь он мог оставаться каждую ночь, на удивление не ощущая усталости - словно благородство намерений дарует особые, не человеку доступные резервы. Полнейшее доказательство, что усилия уже приносят плоды, привлекают внимание и признание со стороны сил, о которых большинство даже не подозревает."

"Даже днем все его мысли были заняты подобными размышлениями. Особенно в тот день, когда самый преданный слуга - единственный человек, знавший о тайных криптах и даже о главном плане хозяина - вошел в контору и положил на стол маленькую восковую таблицу. Слуга вышел; Скромный Малый с радостным предвкушением обратился к чтению. Но настроение испортилось, не успел он разобрать всех знаков на воске.

Крайняя неудача. Четыре ассасина не справились. Гильдия заверяет, что подобное не повторится.

Итак, “цели” оказались ловкими и опасными. Как Скромный Малый и подозревал. Увы, это горькое утешение. Опустив табличку, он потянулся к валику, стоявшему на горячем подносе. Тщательно затер послание.

Пусть Гильдия постарается. Иначе он потеряет веру и отыщет… другие средства.

На дворе лязгали слитки железа - их вынимали из литейных форм и перекладывали на полозья, ведущие в склад. Как будто армии столкнулись в схватке. Звук заставил Скромного Малого поморщиться.

Все, что потребуется. Все, что потребуется.

***

Подошедшее к Нижнему Каменному пирсу иноземное судно вскоре завладело всеобщим вниманием. Вечный шум голосов зазывал, грузчиков, гадалок, проституток и рыбаков умолк. Широко раскрывались глаза. Забывались разговоры. Воздух замирал в сжатых тисками изумления грудных клетках. Потом раздался смех, подхваченный всей толпой.

На носу низко осевшего судна, положив изящную бледную руку на фигуру в виде конской головы, стояла женщина. Если бы не потрясающая, неземная красота, ее высокомерно-королевскую позу можно было счесть карикатурой. На женщине была почти прозрачная блуза изумрудного цвета, мерцавшая словно вода ледникового потока. На широком кожаном поясе висели три кинжала без ножен; ноги обтягивали штаны из потертой кожи и грубые лосины. За ее спиной по палубе и снастям скакала стая бхок’аралов. Три твари возились с рулевым веслом.

Всякий порт мира помнит сказания о странных прибытиях - но вот это посрамило любые сказания. Свидетели будут говорить о нем долгие годы, дома и в кабаках. Судно двигалось к причалу, и катастрофа казалась неминуемой.