6. Печать мастера

— Ты же знаешь, Дэрс у нас из тех, для кого сделал гадость — сердцу радость, — скептически хмыкнул я, решив все-таки помочь друзьям и развернувшись в сторону раздатки, где Лархэ и Сархэ продолжали по-дружески шпынять, пинать и мутузить проштрафившегося Тэри. — Пойду помогу им, что ли?

— Правильно. Добей негодяя, чтобы неповадно было.

— Хм. Ну вообще-то я с подносами хотел помочь. Но могу и так, тем более что он давно напрашивался…

В общем, Тэри я, конечно, спас. Еды мы тоже набрали. Но обед все равно превратился в бедлам, потому что Дэрс, несмотря на воспитательные меры, все равно кривлялся и паясничал до последнего, да еще и йорка подбил на хулиганство. Малыш, почувствовав, что в кои-то веки можно побезобразничать вволю, почти всю перемену проявлял повышенную активность. В том смысле что громко пищал, урчал, азартно лазал по столу, по стульям и нашим головам заодно, вызывая то громкий смех, то бурные протесты…

Хм. Сколько у меня уже это чудо? Год? А все равно порой было трудно поверить, что йорк не простой, а найниитовый. Просто потому, что большую часть времени его модуль был неактивен и Ши вел себя как самый обычный зверь. То есть любил поесть, поспать, поиграть и подурачиться. Нежно обожал меня. С трепетом относился ко всевозможным блестяшкам. Иногда грустил, огорчался, если для этого был повод. Но в целом и общем ничем от сородичей не отличался. Ровно до тех пор, пока мне или ему не начинала грозить опасность. Или же пока он не получал от меня или Эммы прямой приказ.

Я, правда, пока не думал, сколько еще он со мной пробудет. Говорят, в обычных условиях йорки живут лет десять — пятнадцать, а с модулем, наверное, и чуть больше. При этом модуль был всего лишь первого поколения, другому носителю его уже не передашь. Но все равно я был рад, что Ши у меня есть. И я за целый год ни разу не пожалел, что когда-то вывел его из стазиса.

Наконец в столовой раздался предупреждающий звонок, напоминающий студентам о приближении очередного занятия, и царящее за нашим столом безобразие мгновенно прекратилось.

— Вот и все, — вздохнул Тэри, резко посерьезнев и отодвинув от себя пустой поднос. — Пора на уроки, где снова будет скучно, пресно и противно.

— У нас вообще-то боевая магия по расписанию, — невинно заметила Ания. — У все троих: у тебя, у Нолэна и у меня. Понимаешь, что это значит?

Тэри замер, а потом в притворном ужасе схватился за голову.

— О нет! Кто-нибудь, запретите ей вставать со мной в пару!

— Ну уж нет, — с нескрываемым удовольствием протянула Босхо. — Теперь-то я на тебе за все-о-о отыграюсь!

— Ни за что! Я категорически против!

— Зато скучно тебе точно не будет, — в голос расхохотался Нолэн при виде появившегося на лице Ании кровожадного выражения.