52 Гц

Майкл услышал, как клацнул дверной замок, зашумела вода, стукнулась в бачок деревянная крышка унитаза. Потом зажурчало.

— Ну ты еще передерни при мне, — ворчливо сказал он.

— Майки, — невнятно сказал Зак сквозь жужжание зубной щетки. — Я должен быть абсолютно уверен, что нам не придется готовить твой каминг-аут в ближайшее время. Ты должен… тьфу!.. должен помнить, кто твоя аудитория! Женщины, Майки, женщины, — он прополоскал рот и сплюнул остатки пасты, — которые видят тебя в своих влажных фантазиях и мечтают завести от тебя ребенка! И мужчины, которые мечтают быть тобой.

— Не еби мне мозг, — попросил Майкл. — Я тебя нанял, чтобы ты за меня думал про рейтинги и аудиторию. Вот ты и думай."

"— Майки, — серьезно позвал Зак, судя по звукам, теперь снимавший пижаму и надевавший брюки. — Майки, максимум, что ты можешь позволить себе в наше время — это туманные и расплывчатые, как, блядь, глаза слепого близорукого алкоголика, слухи о твоей бисексуальности. И все! — рявкнул он.

— Я не гей, — устало сказал Майкл. — И не би.

— Всем плевать! Если это всплывет, — настойчиво повторил Зак, — если всплывет, что ты трахался с мужиком, твоей карьере — конец. Все. Финиш.

— Бред какой-то, — недовольно сказал Майкл. — Это было десять лет назад!..

— Да хоть сто! Ты не получишь больше ни одной вменяемой роли, будешь до конца жизни играть сайдкиков и манерных педиков!

Майкл молчал. Ему нечего было сказать, ему вообще не хотелось говорить. Он докурил до фильтра, огляделся, обо что затушить окурок. Пепельница куда-то делась, а он не заметил. Серые, гладкие стены дизайнерского камина были не тронуты копотью, Майкл поднес было к ним окурок — но подумал, что Эван огорчится, увидев уродливое черное пятно. Хотя камин был майклов, и квартира была майклова, он мог тут хоть ссать в раковину. Но Эван тоже тут жил, и Майкл убрал руку. Встал, добрел до кухни, загасил окурок под струйкой воды и выбросил в пустое ведро под раковиной.

— Ты меня слушаешь?.. — строго спросил Зак.

— Да.

— Майки, мы с этим проектом ходим по краю. Я верю Ларри, у него чуйка. Но это гей-драма. Это очень большой риск. Разговоров вокруг тебя будет много, и если пойдет слушок, что ты так достоверно сыграл ирландского педика, потому что сам педик — Майки, все мгновенно забудут все твои награды, роли и достижения. Мо-мен-таль-но! — по слогам повторил Зак. — Ты больше не будешь Майклом-плейбоем, бабником и хулиганом. Ты будешь педиком. А где у нас держат педиков?.. В жопе!.. И я тебя из этой жопы не вытащу, — серьезно сказал он. — Даже я.

— Это было давно, — повторил Майкл.

— Посмотри на Коди! Да он сейчас локти кусает, что не держал язык за зубами! Ты знаешь, как он был счастлив, что ему досталась нормальная роль?

— Зак, не перегибай, — сказал Майкл, возвращаясь в спальню.