В теле пацана. Книга 5. Артефакты Дракона

Когда — то жена канючила, чтобы я перекрасил проржавевшие перила на балконе. Мне было лень счищать всё, и я нашёл краску по ржавчине. Очень хорошо ложится сейчас и на стекло — монолит. Рисую круг, звезду пятиконечную, взбалтывая периодически шариком внутри.

Вуаля, точка входа готова. Страховка имеется.

К Ольви телепортируюсь! И чувствую, что половины резерва с Камня, как корова слизала. Ух, ёп твою мать. Хрена се я умотал. Коленки трясутся, и в руках силы нет.

Магичка смотрит ошарашенно. Устроилась прямо под ножкой на бугорке, сидит, скучает.

— Я уже собиралась уходить, — заявляет и дальше с явной претензией: — Что с одеждой?

Мдя, в лохмотья она превратилась. А я так ошалел, что и не заметил, а всё в нитках бархата и дырах, особенно на бёдрах и плечах. Бархатный ковбой, мля, аль голодранец.

Ковыляю, хромая до неё.

— Я малость переборщил, — отвечаю и чувствую, что осип к хренам.

— Что ты сделал? — Ахает, подрываясь, и спешит ко мне.

Чтобы придержать. Тут же отшатывается.

— Да ты горишь!

Всё, снова ноги подламываются, сажусь прямо на стекло. Ольви рядом присаживается.

— Что ты сделал⁈ — Повторяет вопрос.

— Походу двести комье пробежал, — ответил, проанализировав ситуацию.

Магичка придерживает, но силёнок у неё не так много, поэтому садится на задницу и на ляжку мою голову укладывает.

Смотрит, сверху нависнув, озадаченно. Лоб трогает.

— Мы в поход собрались, а ты решил испытать себя на прочность? Сила Высшего — не шутка. Ты человек с живым телом, а они вампиры с мёртвыми, — отчитывает меня.

— Всё нормально, мам, — отвечаю скрипучим голосом.

— Вот только не надо спать, — тормошит. — Я тебе не подушка.

— А так хочется уснуть в твоих объятиях, обламываешь.

— Молчи.

— Любительница пообламывать. Обломщица — твоё второе имя.

— Крис.

— У меня Кристиан Везучий, а у тебя Ольви Обломщица.

— Дурачок, — смеется горько.

— Люблю, когда ты улыбаешься, — шепчу, всё же закрывая глаза.

Вечереет. Ветер завывает, обдавая жёлтым песком мою шевелюру, как гладит, по сравнению с тем, что испытал.

Вернулись на Утёс. Кое — как поужинал и упал полутрупом на кровать, не в силах даже с магичкой о трофеях поговорить.

Проснулся днём от деликатного стука. Надо же, утром никто не будил, дали поспать до самого обеда. Ещё вчера Нелли с ужасом наблюдала за мной, а утром тактично ушла по своим делам, не тревожа.

Молоденькая служанка Мартиша пришла поинтересоваться, не надо ли чего. А за ней уже и Ольви стоит с видом нетерпеливым.

— Ты как? — Спрашивает вроде бы с выражением лица фирменным, но в голосе беспокойство.

— Поем и рванём к Разлому, — отвечаю весело.

— Нет уж, хватит.