Книга 4. За семью печатями

Переводится как «солнечная река». А если читать наоборот, то выходит распространённое в Армении имя Арут. И там, и там чёткие бореальские рамки».

Через пару часов я вышел на впадающий в реку ручей и, идя вдоль него, вскоре оказался на берегу Туры. Здесь я решил сделать привал на ночь. Место было удобное. Рядом плескалась вода. С севера мой будущий бивак прикрывали огромные камни, а вокруг валялось множество сушняка. Сбросив рюкзак, я быстро натаскал дров и, на всякий случай, поставив над спальником брезентовый тент, занялся рыбной ловлей. В рюкзаке у меня хранился портативный разборный спиннинг. Собрать его – дело нескольких минут. Всего через полчаса под ногами у меня валялась дюжина крупных ленков. Когда я взялся за разведение костра, со стороны леса опять раздался волчий вой.

– Если тебе нужна помощь, странный человек-волк, мы готовы тебе помочь, – пробасил матёрый.

– Я, как и вы, опасаюсь двуногих из человеческой стаи, – ответил я ему на его языке. – Если появятся на моей тропе люди, предупредите, а после того как я уйду, заберите мою добычу.

Волки мне не ответили, но я знал, их молчание означает согласие.

«Теперь можно спать спокойно, – улыбнулся я про себя.– Эти лохматые парни не подведут. Они проводят меня до самых озёр. Из всех пойманных рыбин, мне не осилить и двух,– посмотрел я на свой улов. – Остальными пусть позавтракают мои новые друзья».

Я быстро поджарил на углях свой ужин и после крепкого чая забрался в спальник. Наконец, я спал не настороженно, а полностью расслабившись, точно так же, как дома. Поднял меня свет утренней зари. Выбравшись из спальника, я разобрал свой бивак. Сложил вещи и, отойдя с полсотни метров от своего ночлега, обернулся. Недалеко от того места, где я недавно спал, стоял огромный матёрый волк. Он спокойно, без страха изучал человека. В это же время рядом с ним три переярка, опустив головы, обнюхивали оставленных мною рыбин. На секунду наши глаза встретились.

– Удачи тебе, странник леса! – кивнул я ему.

Волк, в свою очередь, тоже наклонил лобастую голову.

«Вот и познакомились! – сказал я себе, подымаясь от реки в гору. – И действительно, среди дикой природы ближе, чем волк, у человека никого нет. Волк – единственный зверь, который способен понять нас, людей, и, наверное, благодаря этому он и выжил».

Наконец, привязавшись к местности, я достал карту и по ней рассчитал пройденное расстояние. Оказывается, за три дня я преодолел совсем немного – всего-навсего пятьдесят километров, а это меньше трети пути. Осознание этого подействовало удручающе.

«Горы есть горы, – успокаивал я себя. – По ним не разбежишься».

Но берегом реки идти мне не хотелось. По Туре, или поместному Туру, хоть и редко, но проносились лодки. Значит, рядом с ней можно натолкнуться на людей.