Книга 4. За семью печатями

– Что-то ты совсем у нас погрустнел! – оторвал меня тогда от размышлений голос хозяина. – Неужели своими рассуждениями я нагнал на тебя такую тоску?

Я поднял глаза и увидел, что все сидящие за столом участливо смотрят в мою сторону.

– Просто есть вещи, с которыми сознание никак не хочет смириться, – ответил я уклончиво.

– Давай, пей чай и пойдём в наш спортивный зал. К тому же ты его ещё не видел… Мне интересно, как ты его оценишь? А потом у нас с тобой есть работа: натаскать воды в баню и сложить наколотые дрова, – отвлёк меня от грустных мыслей старейшина.

Упоминание о бане мгновенно подняло моё настроение.

– Так выходит у нас сегодня снова парная?! – обрадовался я.

– Выходит, – кивнул своей красивой головой хозяин. – Такова традиция – купаемся каждую среду и субботу. Иногда, когда много работы, прихватываем ещё и вторник.

– Или четверг, – добавила улыбающаяся Светлада.

– Видишь, смеётся! – показал на свою дочь Добран Глебыч. – И вторая туда же… Наверное, вспомнили, как ты в бане свои трусы отстаивал?

– Нет! – запротестовал я. – Скорее всего, они вспомнили мою растерянную физиономию, когда я увидел их танец…

– Что ещё за танец? – посерьёзнел хозяин дома.

– Мы ему волчок продемонстрировали, – засмеялась Светлена.

– Что?! – не то, шутя, не то серьёзно сверкнул глазами Добран Глебыч. – Вы свихнулись, девоньки? А если бы у парня сердце остановилось?! Иногда и от волчка концы отдают! Ты должен знать, – повернулся ко мне отец семейства. – Люди – это ещё и определённые частоты колебаний. Вот они, надо же, сидят и ещё смеются! – показал он на своих дочерей. – Настоящие хулиганки!

– Не пойму, в чём их вина? – растерялся я.

– Да в том, что они свои частоты объединили в поле вращения! Здесь и без того, глядя на их лица и фигуры, голова кое у кого может пойти кругом, а тут ещё возникает сила, которая прошибает любую психическую защиту. Ты, я думаю, слышал о свойствах торсионных полей?

– Честное слово, не понимаю! – пожал я плечами.

От моих слов девушки и их мать за столом буквально покатились со смеху. Глядя на них, засмеялся и Добран Глебыч.

– Вот что, – вытирая салфеткой выступившие слёзы, обратился к сидящим за столом старейшина. – Я пойду в зал, а вы постарайтесь ему, – показал он на меня глазами, – всё объяснить.

Хозяин дома вышел из комнаты, а женщины поглядывая на мою невозмутимость ещё пару минут продолжали улыбаться.

– Так вы мне объясните или нет, в чём дело? – потребовал я, пододвигая поближе варенье.

От моего вопроса все трое снова покатились со смеху.

– Понимаешь, – пришла, наконец, в себя мать «хулиганок» Ярослава. – Добран убеждён, что «волчок» – один из элементов движения в наших танцах – обладает неотразимой магической силой.