365 дней

- Ты просишь меня начать или отказаться от этого?

Этот простой вопрос в этот момент показался мне настолько сложным, что, когда я хотела ответить, из моего горла вырвался лишь тихий стон отказа.

Черный подвинулся вверх и навис над моим лицом, впиваясь в меня взглядом. Нижней губой он касался моего носа, губ, щек.

— Через минуту я трахну тебя так, что твой крик услышат на Сицилии.

- Пожалуйста, нет! - сказала я и остатками сил и стиснула веки, под которыми от страха у меня навернулись слезы. Наступила тишина, и я боялась открыть глаза, испуганная мыслью о том, что могла бы увидеть. Я услышала щелчок и почувствовала, что моя правая рука свободна, потом еще один щелчок, и обе руки безвольно опустились на подушки. Потом еще два щелчка замков, и я лежала уже полностью освобожденная от оков.

- Одевайся, через час мы должны быть в одном из моих клубов, - сказал он, выходя из спальни.

Я еще некоторое время лежала, анализируя только что случившееся. Тогда меня захлестнула волна ярости, я вскочила на ноги и побежала за ним. Он стоял, уже одетый в костюмные штаны, и потягивал из бокала шампанское.

- Будь любезен объяснить мне все это! - закричала я, когда он медленно повернулся, услышав мой нервный галоп в его сторону.

- Что такое, маленькая? - спросил он, небрежно облокотившись о столик, на котором стояла бутылка. - Тебя интересует девушка? Она шлюха. У меня есть несколько эскорт-агентств, а ты не хотела помочь мне расслабиться. Кровать и игрушки, установленные в спальне, очевидно, тебе понравились, так что это не требует комментариев. Как и то, что сделала Вероника, судя по твоей реакции. - Он слегка приподнял брови. - Так что мне еще тебе сказать? - Он сложил руки на груди. - Я не войду в тебя, если ты не захочешь, я обещал тебе это. Мне трудно полностью владеть собой, но, чтобы не изнасиловать тебя, я могу взять себя в руки. - Он повернулся и двинулся через комнату. - Хотя мы оба прекрасно понимаем, что это был бы лучший секс в нашей жизни, и в конце концов ты бы попросила еще.

Я стояла как вкопанная и не могла отрицать этого. Хотя я и не хотела признавать того, что он был прав. У меня не хватило нескольких минут, чтобы поддаться ему. Однако Массимо хотел, чтобы я отдалась ему из-за привязанности, а не из животной потребности. Он хотел обладать мной целиком, а не просто засунуть в меня свой член. Боже, его хитрость и манипулятивные способности сводили меня с ума. После слов, которые он произнес, уходя, я жаждала его еще больше, и теперь мне приходилось держать себя в руках, чтобы не упасть на один из больших диванов. Я вскрикнула от бессилия и, сжав кулаки, пошла под холодный душ, который оказался выстрелом в яблочко. Выйдя из ванной, я встретила в комнате Доменико, поставившего на стол бутылку шампанского.