30 золотых за истинную (СИ)

В это мгновение для меня все вокруг перестало существовать, и, наверное, я бы даже не вспомнил, где нахожусь, если бы не внезапное сильное жжение в районе сердца. Аделина, похоже, тоже ощутила нечто подобное: она вскрикнула и прикоснулась к своей груди, где, даже сквозь одежду, был виден яркий символ Света."

"Жжение на долю секунды усилилось, распространившись по всему телу, а потом резко прекратилось. На месте ошейника, который был на моей шее, остался один пепел, осыпавшийся на пол. Без моего на то желания на голове снова появились рога, а сзади – раскрылись крылья.

Белый свет, исходивший от нас с Аделиной, стал усиливаться с каждой секундой до такой степени, что мне захотелось закрыть глаза. Это сияние заполнило весь зал, заставив черные тени заползти обратно в щель между дверными створками Врат. Но на этом свет не остановился – он проник внутрь.

Как только это произошло, все вокруг задрожало, по залу пошли трещины. Камни сверху начали падать и раскалываться на куски. Я испугался за девушку и поспешил прикрыть ее крыльями, но удивительным образом все, что падало сверху, обходило нас стороной.

- Что происходит? – спросила очень испуганная Аделина.

Прежде, чем ответить прикрыл глаза, а когда открыл… Мы уже находились не в Храме, а в каком-то мрачном помещении, где тоже были установлены Врата.

- Боюсь, вы мне сейчас не поверите. Рискну предположить, что мы сейчас в гостях у Райнхарда.

Здесь все тоже тряслось и рушилось прямо на глазах. Через пару мгновений я снова увидел Храм. Вернее то, что что раньше было Храмом.

- Мы что, закрыли их?

Оглядев развалины вокруг нас, подумал, что правильным словом тут было бы ""уничтожили"". Только груда обломков напоминала о том, что Врата действительно здесь когда-то вообще стояли.

- Можно и так сказать. Думаю, и те, что были у драконов – тоже.

- У меня снова на руке появилась метка?

Чуть отодвинул кофту девушки и увидел самый прекрасный в мире узор: символ Света, внизу которого было мое имя.

- Да, но не на руке.

Посмотрел на метку на своей груди и улыбнулся. Получается, я ее не украл? На самом деле моя?

- Если убить хотите, не тяните.

Что, серьезно?

- Убить самое дорогое, что у меня есть? Предложение, безусловно, заманчивое, но лучше я рога себе отпилю.

- Рога очень крутые, кто бы спорил, - снова сзади услышал голос эльфийки. – Но смею напомнить, что тут рядом курица бронированная, которая сейчас пытается сожрать Роланда.

Глава 39: Посох.

Абраксас

На каждой Охоте зрители могли наблюдать за убийствами и драками между дичью и охотниками, но такой картины, как увидел я перед собой сейчас, не было еще никогда. Разрушенный город и груда изувеченных до неузнаваемости тел погибших драконов, демонов, людей, на фоне которых все еще продолжалось сражение.