Камень. Книга 3

Невольно я представил себе такую ситуацию, когда на месте деда оказался бы не Романов… Сколько бы он прожил? И вообще, остался бы в живых? Решено, надо больше тренироваться, слишком много у меня стало дурной силы… А может проще ещё одну любовницу завести? Или две, для гарантии?..

Так, Лёшка, соберись! О бабах потом подумать успеешь.

Отбросив в сторону мешающие работать мысли и эмоции, нырнул в темп глубже, и приступил к правке. Первым делом — внутренняя решётка доспеха Императора. Там энергетические связи начали восстанавливаться достаточно быстро, и спустя минут пять, по моим внутренним ощущениям, внутренняя дедовская решетка уверенно встала на путь восстановления — посветлела, напитавшись энергией, достаточно ровно запульсировала и стала сама медленно, но верно исправлять свой «неправильный» геометрический рисунок. С внешней решёткой дела с самого начала не заладились — мне всё никак не удавалось на неё полностью настроиться. Она не хотела отвечать, ускользала от меня, сопротивлялась… Складывалось ощущение, что дедовский внешний ментальный доспех подчиняется какой-то программе самоуничтожения, и у меня были серьёзные подозрения, кто являлся её невольным автором. В конце концов, пришлось нырнуть в темп ещё глубже, ещё больше сосредоточиться и почуять дедовский доспех не по отдельным его элементам, а полностью. Только после этого чуйка дала мне понять, что команда на восстановление проходит, сопротивления нет, и я начал наблюдать этому визуальное подтверждение — в первую очередь, как и должно было быть, начали медленно восстанавливаться энергетические связи между снежинками, которые постепенно стали светлеть. Одновременно с этим, пришло понимание того, что на сегодня с правкой доспеха деда надо заканчивать — процесс запущен, восстановление идёт, а дед уже не молодой, да ещё и после такого состояния… Ещё раз посмотрев на процессы, протекающие в доспехе деда, убедился, что всё в порядке, и вынырнул из темпа.

Первое, что увидел, когда открыл глаза, было хмурое осеннее небо. Только после этого пришло понимание, что я лежу на земле, и того, как же я устал… Причём, эта усталость была скорее моральной, чем физической, что совсем не мешало ей «уговаривать» меня оставаться на земле, ничего не делать и тупо пялиться в небо. Кое-как усевшись, огляделся. К моей вящей радости, дед больше не сидел, а стоял с закрытыми глазами, искуроченная кресло-каталка валялась неподалёку от него. Присмотревшись, я обратил внимание на посвежевший цвет дедовского лица, да и на ногах он стоял уверенно, по крайней мере, его не шатало. Слава богу, сегодня обошлось без всех этих спецэффектов со стихиями, что я для себя объяснил изначально болезненным состоянием Императора.