Жертва 2117

Хоан осторожно протянул палец к звонку, когда увидел узкую полоску света, упавшую на его ногу, и понял, что дверь приоткрыта.

Он приложил ухо к щели и не услышал ничего, кроме громкого хлопка, когда женщина внизу с грохотом закрыла свою дверь.

Тут прирожденный инстинкт остановил его. И, затаив дыхание, он прислонился к стене между двумя дверями в квартиры этого этажа. «Будь осторожен, Хоан, – подумал он. – Дверь может быть приоткрытой, только если жилец выбежал ненадолго по какому-то делу. Или там внутри произошла какая-то катастрофа».

Хоан стоял и ждал. По прошествии четверти часа ни на лестнице, ни за дверью ничего не случилось. Он осторожно толкнул дверь и вошел."

"Никто и никогда не мог упрекнуть Хоана Айгуадэра в том, что он чистоплюй. Такого определенно нельзя было сказать и о человеке, живущем в этой квартире. Разнокалиберная обувь была разбросана в прихожей у входа. Потертый кожаный портфель висел на ручке полуоткрытой двери, за которой был виден унитаз с желтыми полосами и поднятым сиденьем. Старые газеты и журналы с фотографиями на обложке штабелями лежали вдоль стен, так что все время надо было смотреть под ноги, чтобы не споткнуться о них или о мешки с мусором, приготовленные на вынос.

Легкий сквозняк шел в прихожую из большей комнаты прямо перед ним.

Хоан предположил, что там гостиная.

– Hallo Mister Warberg! – сказал он. – May I come in?[20]

Он подождал немного, закрыл за собой входную дверь и повторил вопрос, только немного громче, чем вначале.

Так как и на этот раз никто не ответил, он распахнул дверь в гостиную полностью и сразу узнал диван «ИКЕА», точно такой, какой был в его семье более двадцати лет назад. Окно на улицу было широко распахнуто, он отметил это и решительно вошел.

Зрелище, которое предстало перед ним, было настолько шокирующим, что ноги у него подкосились и он вдруг оказался сидящим на полу в луже густой крови, которая тянулась от фигуры в форменной куртке по стеклянному столу и затем внизу по полу.

Хотя щека покойного лежала прямо на стеклянном столе, было видно, что на горле у него глубокий смертельный разрез, который, напоминая смеющийся рот, шел от уха до уха. Хоан не успел даже почувствовать приступа тошноты, как его уже стошнило так мощно, что масса крови у него между коленями оказалась залита его непритязательным утренним завтраком.

«Как позвонить в полицию? И вообще, хорошая ли это идея? – подумал он, когда первый испуг прошел и он более или менее начал соображать. – Ведьма внизу видела меня. И она будет говорить, что это сделал я, – мелькнула мысль. – А если полиция не поверит в мое объяснение? Если они арестуют меня за убийство?»

Он представил себе суровое лицо редакторши Монтсе Виго в то мгновение, когда ей надо будет оценить новую ситуацию.