Жертва 2117

Заид, Заид, Заид…

Каждый раз, когда он называл это имя, им казалось, что в грудь вонзается пика. И если он думал, что это уменьшит их сопротивление, то в действительности все четыре женщины, несмотря на свое жалкое состояние, мгновенно преобразились. Видимо, само только слово «Заид» вдохнуло в них силу. Растерянность во взгляде превратилась в решимость. Младшая дочь оттолкнулась от пола своими слабенькими ручками и встала. И все посмотрели на него, словно его следующее слово должно было положить конец длившейся долгие годы неопределенности.

– Убей эту сволочь, Лели. Убей Галиба! – закричала Марва и указала на него. – Надо прекратить все это!

Продолжения не последовало, потому что Шехаде нанес ей удар, и она рухнула на пол.

Галиб вынул пистолет и приставил его к виску лежавшей на полу женщины.

– Хорошо. Теперь мне известно, что вы знаете друг друга, Лели. Расскажи, как это вышло, или я убью Марву. Сначала ее, потом ее дочерей и в конце тебя.

Лели стояла, держа палец на спусковом крючке, но Галиб знал, что у нее не хватит сил, чтобы нажать на него и тем самым решить судьбу трех женщин, поэтому без труда одним движением отнял у нее ружье, как выдергивают перо из птицы.

– Так, значит, Заид жив? – сказала старая женщина с удивительным спокойствием.

– У меня нет оснований думать по-другому. Это мы должны выяснить вместе. Отвечай. Откуда вы знаете друг друга?

Ответ пришел сам собой.

– Заид и Марва были у меня в гостях много раз вскоре после женитьбы. Девочек я никогда не видела.

Галиб кивнул.

– Зачем мы тебе? – спросила Лели.

– Некоторые из вас поедут вместе со мной, больше вам знать не надо.

Это нисколько не сбило с толку старую женщину.

– Тогда сначала позволь мне помочь девочкам. Ты же видишь, в каком они состоянии. Никакой поездки они не выдержат. Я могу полечить их раны, покормить их. Один день или два.

– Нет времени.

– Нет времени? Расскажи мне, какие у тебя претензии к Заиду, Галиб.

Он кивнул людям Шехаде, чтобы те увели женщин. Потом обернулся к Лели:

– У Галиба нет никаких претензий к Заиду, но у меня, Абдул-Азима, они есть. И если ты еще хоть раз назовешь меня Галибом, я убью тебя."

"40

Галиб

День четвертый

В течение последних суток Галиб активно рыскал по интернету и с глубоким удовлетворением констатировал, что Заид аль-Асади клюнул на их пресс-релиз.

Как Галиб и предполагал, Заид аль-Асади был жив, его ответ во франкфуртской газете сопровождался фотографией и точным указанием даты, времени и места их встречи. Никаких сомнений в подлинности не было: хотя на лице его остались следы ран и страданий, это был он.

Пульс Галиба зашкаливал. Это был тот самый Заид аль-Асади, который плеснул ему в лицо кислотой и разбил его жизнь. Наконец-то он мог за себя отомстить.