Ничья земля. Книга 2

Хорошо, конечно, что никакой вины в действительности не было, но чем отличается фантомная боль от настоящей для того, у кого болит?

– Как ты? Приспособилась? – спросил Сергеев у напарницы, пока они шли по хрустящему утреннему снегу к опушке. Если бы не самодельные снегоступы, сплетенные в кибуце из прочного ивняка и полосок кожи, путники бы проваливались в снег до середины бедра, а так нужно было только привыкнуть правильно ставить ногу.

– Нормально, – откликнулась Ирина. – Доводилось ходить.

Она действительно ловко управлялась и со снегоступами, и с короткими опорными палками, похожими на лыжные. Замотанный белыми тряпками «галил» висел у нее за спиной, плотно прихваченный к груди широким, белым же ремнем.

Утренний лес молчал. Кроме хрустящего под их шагами снега, Сергеев не мог расслышать ничего. Мир замкнулся среди желтых стволов старых сосен, белого снега и торчащих из-под него веток кустарника. Серый рассвет потихоньку растворялся в холодном зимнем свечении солнца. Справа, метрах в десяти, Умка заметил ложбину между сугробами и вскоре услышал тихое журчание – подо льдом пробивал себе дорогу лесной ручей. Чуть дальше, там, где хвойные деревья росли реже, уступая место густому лиственному подлеску, обнаружились широкие следы лосиных копыт и отпечатки волчьих лап. Стая шла по следу сохатого. Сергеев попробовал пальцем кромку отпечатка копыта, она была твердой, прихваченной за ночь морозом. Значит, зверье прошло здесь с вечера и, возможно, лосю уже пришлось несладко. Впрочем, лось не тот зверь, чтобы стать легкой добычей. Волков было много, никак не меньше десятка, и у них были все шансы на победу.

Лес закончился внезапно. Перед Сергеевым враз открылось неширокое снежное поле, утыкающееся в стены серого, ноздреватого бетона. Одним взглядом можно было охватить насыпь с ниткой старой железнодорожной колеи, несколько остовов сгоревших грузовиков, ржавые покосившиеся ворота с висящей криво створкой, в которые ныряла рельсовая ветка, и даже разглядеть лежащие внутри ограды разбитые вагоны.

Они залегли, устроились в снегу поудобнее и принялись осматривать местность: Сергеев с помощью нового бинокля, Ирина через снайперский прицел, который она привычным движением защелкнула в креплении.

С виду, как и ожидалось, недостроенная станция выглядела покинутой, но Умка уже через несколько минут заметил и цепочку не присыпанных снегом следов, проходящих по-над стеной, и то, что рельсы были прикрыты не мощным снежным покровом, как и должно было быть за несколько недель настоящей зимы, а лишь слегка притрушены. Потом он заметил дрожащие столбики теплого воздуха, поднимающиеся к стылому небу из разных мест на территории станции, – кто-то, живущий внутри, топил печки.

– Видишь? – спросил он.