Ничья земля. Книга 2

Причем материализовался Сорвиголова очень эффектно, ровно перед носом у почтенного генерала ГРУ Митрофанова (тут хмыкнул Сергеев, который вышеуказанного генерала неплохо знал в былые годы), внутри кольца персональной генеральской охраны.

Судя по всему, экстравагантный Лев Андреевич генералу приглянулся, потому что уже на следующий день в московском военном госпитале появился новый пациент, доставленный под опеку врачей на специальном транспортном борту из Средней Азии. Сорвиголова спал на койке богатырским сном, весь опутанный плотными жилами капельниц, но так крепко, как не спал вот уже почти год. А через сутки, в одной из удаленных горных долин, расположенной на территории почти что братской республики, аккурат над зданиями современного завода по переработке опиатов, воспламенился боеприпас объемного действия, после чего долина перестала быть плодородной, а о заводе напоминали оплавленные развалины и шарики из термостойкого стекла.

Оправившись от ран, Лев Андреевич вернулся домой, в Киев, где его тут же уволили из рядов армии за сотрудничество с потенциальным противником и систематические прогулы. Военная прокуратура взялась за клиента с настоящим рвением – зрело шумное политическое дело, да еще и с явственным акцентом на шпионаж. Интуиция у Левина сработала вовремя, и когда следователи прокуратуры стучали в двери его однокомнатной квартиры на Троещине, он уже сходил с поезда на Курском вокзале.

Рядом с раздвижными дверями приземистого вокзального здания его ждал черный, как таракан, «мерс» с мигалками за радиаторной решеткой, и одетый в дорогую «гражданку» средних лет человек с подозрительно прямой спиной.

И быть бы Левину высокопоставленным офицером ГРУ, да случился Потоп, и Лев Андреевич как-то само собой оказался в самой гуще событий, проявляя свой талант спасать и спасаться самому. А потом закрылись границы и стало понятно, что…

– Как я рад видеть тебя, Миша! – сказал Сорвиголова, по-медвежьи облапив Сергеева. – Матвеюшка, друг мой… Александр Иванович радировал, что вы можете приехать, но так скоро мы вас не ждали! Вадим!

Вадик невольно вытянулся. Левин возвышался над ним, словно осадная башня над стеной.

– В порядке, Лев Андреевич!

Глава северного кибуца одним присутствием гасил любые конфликты и подчинял окружающих своей воле. Мысль о том, что ему можно противоречить, никому и в голову не приходила. Левин был природным лидером, знал об этом и совершенно не тяготился легшим на плечи грузом ответственности за тысячу обитателей поселения. Лидерство – это тяжкая ноша, и далеко не все способные управлять, могли нести ее с такой непринужденностью, как этот человек.

– Что за шум, Алеша? – спросил Левин у насупленного крепыша.