Ничья земля. Книга 2

Умел шеф внушать реальное уважение, знаете ли… До полного расслабления сфинктера.

– Из-за некомпетентности и трусости руководителей мы имеем проблему, которую будем вынуждены решать радикальными методами. А можно было бы обойтись и без этого! Малой кровью…

Кукольников едва заметно улыбнулся.

Кривил душой Крутов, ой, кривил… Не испытывал президент отвращения к радикальным методам решения внутригосударственных и внешнеполитических вопросов. И между мирным и силовым путем далеко не всегда бы выбрал мирный. В силу характера, магии фамилии и специфического опыта, приобретенного до того, как Александр Александрович сделал головокружительную карьеру на политическом поприще.

Бидструп аккуратно скосил глаза, чтобы рассмотреть реакцию сидящих за столом членов Совета безопасности. Реакция была, как и ожидалось, тяжелая. Когда президент впадал в гневливое состояние, царедворцы впадали в ступор. Каждый из них понимал, что Александр Александрович может низвергнуть их с Олимпа в Аид легким движением брови, а то и без него, одной силой мысли.

А сейчас Крутов был гневен, ой как гневен. То, что сегодня кто-то слетит с кресла, было очевидно. Оставалось только выяснить – кто?

– Есть такая очень важная вещь – авторитет страны, – негромко сказал президент, но в полной тишине кремлевского кабинета голос его показался присутствующим оглушительно громким. – Его нельзя купить за деньги. Он не возникает сам по себе. Он завоевывается. Десятилетиями. Столетиями. Это ясно? Надеюсь?

«О, – подумал Кукольников, прислушиваясь к интонациям бывшего шефа, – пошли простые предложения. Без запятых. Сейчас будет кого-то рвать на части».

– Вы ничего не хотите мне дополнительно сообщить, Виктор Сергеевич?

«Конец Прокофьеву», – констатировал Бидструп, поворачиваясь корпусом в кресле, чтобы видеть, как привстает со своего места бледный как смерть генерал-майор ФСБ, курировавший вопросы Украины в Совбезе.

– Я докладывал, Александр Александрович, – начал было он севшим голосом, но Крутов слушать его не стал, быстро пройдя к президентскому креслу, махнул рукой, приказывая Прокофьеву замолчать.

– Я читал ваш доклад. Я читаю все доклады, что мне представляют. Вы. Наш многомудрый МИД. Армейская разведка. Аналитический отдел управления делами. Прекрасные работы. Чувствуется, что пишут их высокооплачиваемые специалисты с двумя-тремя университетскими образованиями. Ведь так, Виктор Сергеевич?

Генерал медленно кивнул, не сводя с президента преданного взгляда. Бидструп, который с Прокофьевым сталкивался едва ли не каждый день последние три года, и не догадывался, что громогласный Виктор Сергеевич может просто на глазах терять в росте.

– И что интересно, – продолжил Крутов нарочито доброжелательно.