1972

 – Очень достойная оплата! Ведь мы еще не знаем, как Майкл сможет сыграть. Соглашайся, Майкл. Ты убьешь одним выстрелом двух фазанов – и книгу экранизируем, и денег на актерстве заработаешь. Разве ты не хочешь стать актером?

– Честно сказать, и президентом США тоже никогда не думал становиться, – искренне признался я, – как и актером. И не знаю, что у меня получится. Потому – вы рискуете.

– Да не очень-то и рискуем, – «успокоил» Рой. – Если ты совсем уж бездарь в актерской игре – заменим на профессионального актера. А если у тебя есть хоть какая-то искра актерского таланта – хороший режиссер раздует ее до пламени, и глядишь – станешь настоящим актером! А если фильм пойдет в прокате… если ты сыграешь как следует… сумма гонорара может быть увеличена.

– Я согласен. Но только потом не тычьте меня мордой в стол, мол, актер из тебя, как из дерьма пуля! Сделаю все что смогу.

– Вот и хорошо, – мягко сказал Дисней и, встав из кресла, протянул мне руку. – Я рад знакомству. Ты интересный человек, Майкл. Думаю, у нас все получится.

– ЭТО твой дом?! – Нина смотрела сквозь открытые ворота на мое двухэтажное чудо открыв рот, от чего ее пухлые губки выглядели невероятно соблазнительно. Так и захотелось впиться в них, прижаться всем телом к ее телу и…

Вчера позвонил Сьюзен и сообщил, что наши сексуальные игрища закончились. Что приезжает моя девушка, и… ну, понятно. Сьюзен отреагировала на удивление спокойно, без ругани и упреков. Но в своем репертуаре. Сообщила, что надеется – мы с ней остались друзьями. А еще – если нам понадобится в постели третья – она готова к нам присоединиться. Я даже едва не хихикнул – с трудом сдержался. Эту женщину не переделать!

– Это тот… бандит? – Ниночка смотрела на Пабло, который вдруг вырядился как настоящий мачо – только сомбреро не хватает. Видать, решил встретить подругу босса, так сказать, во всеоружии.

– Он не бандит, Нина, – фыркнул я. – Он бывший боксер. А вон его жена Лаура… правда, красивая?

– Ух ты… какая она красавица! Она красивее меня! – последнее Ниночка произнесла упавшим голосом и покосилась на меня, будто подозревая в связи с этой красоткой. Дурочка! У меня с самой юности есть одно важное табу: девушки, жены друзей неприкосновенны! Я даже в мыслях не позволяю себе думать о той же Лауре как о сексуальном объекте. Только жена друга, только моя работница – и никак иначе.

– Хай, Нина! – почти без акцента сказал Пабло, и губы его (ух ты!) раздвинулись в улыбке: – Ты такая же красивая, как моя жена!

Я захохотал, и Ниночка с Пабло недоуменно уставились на меня.