1971

До тех пор, пока не переменится власть.

Глупцы эти Шелепин с Семичастным! Неужели они думают, что он, Андропов, удовольствуется ролью мальчика на побегушках у какого-то там директора профсоюзов! Он, Андропов, глава самой могущественной организации в мире!

Нет уж, товарищи, вы ошиблись. Ваша роль даже не вторая и не третья. Ваша роль – нулевая!

Как только они уберут Брежнева, он уберет их. И это не обсуждается.

А писатель этот… пусть пока побегает! Никуда он не денется. И за границей он тоже не останется – в этом Андропов уверен. Он хорошо разбирается в людях, кто бы там чего ни говорил. Материала по этому парню много, так что есть из чего сделать вывод.

Только глупец мог думать, что его трудно найти в закрытой на железный занавес стране. Было бы трудно, если бы этот человек уехал в тайгу и жил в глухомани, не выходя к людям. Но и там можно отыскать. Было бы желание. А желание было – ох какое горячее желание!

Андропов нажал на кнопку селектора, пригласил секретаря – своего доверенного человека, проверенного множество раз. Отдал необходимые распоряжения, тот молча кивнул и вышел из кабинета."

"Через двадцать минут необходимый приказ был отдан, несколько экипажей по очереди развернули свои невидные «Волги» и «Москвичи», под капотами которых таились мощные гоночные движки, и отправились на базу. Почему наблюдение было снято, кем был объект наблюдения – они не знали. Да и знать, по большому счету, не хотели. Им отдали приказ, они его выполняли. А за излишнее любопытство по головке не погладят! Чем провинился этот человек, кто его заказал – не их «топтунское» дело.

* * *Вышел я во втором часу. Пока то да се, автографы, чаю попить, бухгалтерию посетить, чтобы оставить подписи на документах для Внешторгбанка, паспорт заграничный получить у директора, с директором пообщаться тоже надо – время как-то незаметно и пролетело.

Бумажник приятно оттягивала пачка в тысячу рублей десятками, в портфеле бумаги на получение бон, впереди… да что там впереди-то? Ну, в «Березку» пойду, прикуплю чего-нибудь, чтобы Зину порадовать! Или чтобы вину свою загладить?

Какую вину? Да такую вот… вину. Старый дурак. Потянуло, видишь ли, на молоденькое мясцо! Тьфу!

А перед глазами так и крутятся сцены одна живописнее другой! Голенькая Леночка со вздернутой к небу попкой! Ее небольшая упругая грудь! И то, что я не видел ни этой самой попки, ни груди (под одеждой – как разглядишь?!), совсем ничего не значило. Я же фантаст! Воображение у меня о-го-го! Вот подсознательно и хочется загладить вину перед своей подругой.

Ну да… иллюзорную вину – в реале-то ничего не было! Но… в воображении я согрешил! Во всех видах и позах… м-да. Печально! Давно такого не было. Как мальчишка какой-то. Седина в бороду, бес в ребро?

В банке меня долго не продержали.