1185 год. Восток - Запад

Эта новость в уставшем от пустого ожидания лагере была встречена чуть ли не мятежом. Многим казалось, что лучше смерть на поле боя, чем гниение заживо в этой клоаке. К тому же все видели, что вожди крестоносцев живут в полном достатке. В день святого Иакова истерия, овладевшая крестоносцами, стала неконтролируемой. Напрасно бароны и священники пытались удержать рядовых воинов. Неся самодельные кресты, размахивая мечами, взбешенные солдаты сломали ворота в заграждениях вокруг лагеря, опрокинули заслоны, смяли своих командиров и бросились к холмам, где стояла армия Салах ад-Дина. Нападение было неожиданным, и потому десятитысячной толпе удалось прорваться в центр лагеря сарацин. Они даже захватили шатер Малик Аделя, брата Салах ад-Дина. И тут же разбежались по лагерю в поисках добычи и пищи. Салах ад-Дин тем временем собрал отряды, стоявшие в отдалении, и вызвал конницу. С трех сторон мусульмане ударили по крестоносцам, и через час все было кончено. «Девять рядов мертвецов, — пишет арабский летописец, — покрывали равнину, лежавшую между холмами и морем, в каждом ряду было по тысяче воинов». Мало кто вернулся в лагерь.

В лагере тоже было несладко: увидев, что толпы крестоносцев бегут к холмам, защитники Акки сделали вылазку. Они ворвались в опустевший лагерь и захватили там богатую добычу, причем главной добычей стали женщины.

О погибших вскоре забыли — товарищи поделили их добро и заняли их палатки и хижины. Чуть ли не каждый день прибывали все новые суда с подкреплениями — венецианцы и генуэзцы сказочно богатели на этом походе.

Лето прошло в мелких стычках. Салах ад-Дин на эти месяцы уехал в Дамаск и оставил у Акки лишь небольшие заслоны. Между тем в лагере крестоносцев разгорелись свары. Особенно они усилились после того, как ландграф Людовик Тюрингенский, побывав в Тире, к неудовольствию короля Гвидо уговорил присоединиться к осаждающим Конрада Монферратского.

Личная неприязнь усугублялась еще и национальной рознью. Людовик Тюрингенский потому и призвал под Акку Конрада, самого авторитетного из князей Палестины, что оба они были подданными германского императора и представляли его интересы. Немцев же в лагере было меньшинство, и французы, имевшие решающий голос на совете, притесняли своих немецких товарищей по оружию. Те же надеялись на приход Фридриха Барбароссы с громадной армией. Французы ждали короля Филиппа. Англичане, которых было немного, ожидали прибытия Ричарда и в борьбу за иерусалимский престол не вмешивались. С Ричардом связывал свои надежды и Гвидо Лузиньян — Конрад Монферратский оттеснял его от трона.

Известие о гибели Фридриха Барбароссы прибыло в лагерь под Аккой в конце июня. Оно как громом поразило все крестоносное воинство.