1000 не одна ночь

Но едва сомкнула глаза, чувствуя, как от усталости ломит руки и ноги, болит затылок и по телу разливается истома, услышала детский плач… тихий и сдавленный. Где-то совсем рядом. Приподнялась, прислушиваясь, пытаясь определить откуда плач доносится. Мне показалось, что оттуда, где вещи в кучу свалены. Я встала и пошла на звук.

Уже успело стемнеть, только своеобразная площадка перед домами освещена несколькими кострами у которых сидят мужчины в полной тишине.

Я нашла ее именно там, маленькую Амину, всю в слезах с клубком вещей в руках. Совсем крошечная, раскачивается из стороны в сторону, нюхает вещи, видимо погибшей сестры, к лицу прижимает и плачет навзрыд. Так горько, что у меня все внутри опять в камень сжалось и никак не отпускает.

— Джумааа…они убили тебя. Кто меня любить будет, жалеть, кому нужна я теперь?

Я подошла и рядом с ней села, подняла голову к черному небу, усеянному звездами. Тихо так вдруг стало и голоса смолкли в деревне. Только в пустыне шакалы воют, и какая-то птица ночная кричит. Все-таки жуткое это место. Самый настоящий ад беспросветный…Но сейчас душу корежило совсем от другого — вот этой малышке было гораздо больнее… и моя собственная боль отходила куда-то на второй план."

"— Моя мама когда-то говорила, что каждая звезда на небе — это душа умершего человека, она улетает и освещает нам путь оттуда. Посмотри…там высоко столько ярких звезд больших и маленьких, выбери самую красивую и назови именем сестры. Теперь она будет твоей собственной звездой, и ты увидишь ее куда бы не пошла и не уехала.

Плач прекратился, но я даже не обернулась, чтоб не напугать и продолжила смотреть на небо, вспоминая как мы с мамой смотрели вместе на звезды после смерти бабушки. Я тогда была совсем маленькой и не понимала, как ей было больно потерять маму.

Поняла я ее только сейчас, когда сама потеряла всех, кто у меня был. Да, я благодарна Богу, что они живы, но я могу лишь вспоминать их и никогда не видеть вживую, и лишь надеяться, что мы когда-нибудь встретимся.

— Альшита!

Голос Икрама заставил обернуться и вздрогнуть — девочка сидела рядом со мной и смотрела прямо на меня этими своими огромными глазами в которых застыли океаны отчаяния и горя… смотрели с какой-то надеждой. Спрятанной как за запотевшими стеклами еще не высохших слёз. Я встала с песка и протянула девочке руку.

— Пойдем с нами ужинать? Ты голодная?

Она с места не сдвинулась…только смотреть продолжает так, словно в душу мне заглядывает и переворачивает там все, кромсает на куски.

— Альшитааа!

Пошла быстрым шагом к костру, разведенному Икрамом, несколько раз обернулась на ребенка…Так и стоит по щиколотки в песке и прижимает к себе вещи сестры. А потом вдруг быстро за мной побежала.