1000 не одна ложь

"

"Ночью она возвращалась, проклятая тоска… наваливалась вместе со слабостью и дикой усталостью. Я безумно тяжело переносила смену климата. С жары вернулась в наступающие холода и меня постоянно знобило. То в жар бросало. То накатывали приступы тошноты и головокружения. Особенно по вечерам, после долгих скитаний по городу в поисках работы.

Я смотрела в окно на то, как начинают желтеть листья, как умирает лето вместе со мной, и капли дождя похожи на слезы, они катятся по стеклу и у меня по щекам. И кажется плывут перед глазами… Ухватилась за подоконник и прислонилась к нему пылающим лбом.

— Что такое, дочка? Опять плохо?

— Голова закружилась. Никак не привыкну к климату.

— Анализы сдай после поездки своей. Может, гадость оттуда какую-то привезла.

— Я вчера была у врача и все сдала, мам. Завтра получу результаты. Все хорошо. Я уверена. Просто усталость и безнадега эта.

— Ну да. Усталость и безнадега, а вид у тебя такой, будто из тебя всю кровь выкачали. Бледная, как смерть. Хоть бы матери рассказала, почему убиваешься так?

— Со мной все хорошо, мамочка. И будет еще лучше. Я к Бусе пойду. Она сегодня плохо спит и вертится.

* * *Я вышла из здания офиса и в отчаянии стиснула кулаки. Мне в очередной раз отказали. Сейчас не нужны ни преподаватели, ни переводчики. От разочарования я почувствовала, как слезы потекли по щекам. Ну почему? Почему мне так не везет особенно сейчас? Особенно, когда я узнала и… все так против.

— Ты с ума сошла? — зазвучал в голове голос матери. — Скажи мне, ты ненормальная? Мы из-за тебя и так еле концы с концами сводим. Делай аборт. Успеешь еще. Срок не большой. Еще одну безотцовщину плодить. Люди и так косо смотрят. Отец… отец выгонит тебя.

— Я… я найду работу, я устроюсь обязательно. На третьего ребенка выплаты будут, плюс декретные. Мам… мы справимся.

— Я знала, что это не смена климата. Знала. Чувствовала.

— Мамаааа, пожалуйста. Нельзя так. Это же ребенок, он ни в чем не виноват… Мам.

— Не знаю… это ужасно. Мне так стыдно за тебя. Так стыдно. Что соседи скажут и люди? Что ж это за позор на нашу голову и за что?

— Я найду квартиру и съеду.

— Съедет она. Куда? С двумя детьми. Ладно… потом поговорим. Я сейчас даже думать об этом не могу.

С очередным отказом домой ехать не хотелось, я села на лавку и закрыла лицо руками. Устала. Смертельно устала от всего. Ну как же так? Неужели я не смогу прожить без его денег? Неужели придется взять их с той проклятой карточки?

Но от ребенка я не избавлюсь. У меня рука не поднимется… я не смогу. Это же мой ребенок. Может, это мой сыночек вернулся ко мне.

Зазвонил мой сотовый, и я долго искала его в сумочке. Нашла, но звонить прекратили, и я в отчаянии побила сотовый о колено. Наверное, звонят насчет работы, и я не ответила. Но звонок раздался снова.