100 великих узников

 Карбышева, тем более что и здесь действовала подпольная организация — Комитет советских военнопленных, которая была связана с организациями французских, чешских и немецких антифашистов. Он продолжил борьбу, и всему лагерю стал известен его призыв: ""Не терять чести даже в бесчестье!"" А также карбышевский приказ: ""Плен — страшная штука, но ведь это тоже война. И пока война идет на Родине, мы должны бороться здесь. Поступайте так, как нужно в интересах Родины, и говорите всем, что это я вам приказал!"" Он был страшен фашистам даже в полосатой одежде, на деревянных колодках — высохший, больной, едва передвигавший распухшие ноги…

Потом были концентрационные лагеря Майданек, Освенцим, Заксенхаузен… Врач Л. И. Гофман, узник Майданека и Освенцима, впоследствии вспоминал, что на все предложения и любые условия Д. М. Карбышев отвечал: ""Предательство Родины — наибольшее преступление, немыслимое для меня. Воинскую честь я всегда ставил превыше своей жизни. Я не способен на жалость и вечный позор"".

В Майданеке к нему приходили различные подозрительные особы, предлагавшие всяческие услуги и выгодную работу. Особый интерес к русскому ученому проявлял некий инженер, именовавший себя лауреатом Нобелевской премии. Он предлагал Д. М. Карбышеву работать у себя в научно-исследовательском учреждении, но однажды советский генерал увидел его в мундире эсэсовца и понял, что его пытаются шантажировать. В другой раз Д. М. Карбышеву принесли 1000 немецких марок под видом возврата якобы отобранных у него денег и предложили расписаться за них. Его фамилия числилась в ведомости, по которой выдавали зарплату воинской части из ""добровольческой армии Власова"". В знак протеста советский генерал объявил не первую уже голодовку.

А потом был концентрационный лагерь Маутхаузен. В феврале 1945 года сюда доставили партию заключенных. Их привезли в 25 вагонетках, которые служили для транспортировки камня; многие узники были так слабы, что их пришлось нести на носилках. Недалеко от печально знаменитой ""лестницы смерти"" их уже поджидал заместитель коменданта лагеря Бахмайер с овчаркой, рядом с ним — ряды конвойных…

Впервые о гибели Д. М. Карбышева стало широко известно через год. В середине февраля 1946 года в английском военном госпитале Брешмот по требованию умирающего майора канадской армии Седдона де Сент-Клера священник и приглашенные представители репарационных служб (в том числе и Советского комитета) зафиксировали его завещание."

"Я прошу Вас записать мои показания и переслать их в Россию. Я считаю своим священным долгом засвидетельствовать то, что знаю о генерале Карбышеве. Я выполняю свой долг обыкновенного человека перед памятью великого человека.