10 000 € за ночь

Он запрещал мне говорить с ним ночью, но сам был довольно словоохотлив, а днём, когда говорить с ним мне разрешалось, он был очень скуп на слова и уходил от любых бесед со мной. Ночью я всем своим существом чувствовала, как сильно его влечёт ко мне, как сильно я желанна для него и даже нередко позволяла себе верить в то, что он меня любит — его взгляд говорил об этом, и касался при встречах и прощаниях он меня так, словно я была его любимым нежным цветком — бережно, трепетно, нежно. Но когда мы виделись днём — он смотрел на меня едва ли не с презрением.

Днём он был одним, ночью другим. И я не могла понять, где же он настоящий.

Одно я понимала очень хорошо — если он и любил, то похоже, любил не меня, а ту, кого я из себя изображала. И с каждым днём меня всё меньше интересовали деньги, но всё больше — история этой женщины, по которой он так сильно когда-то скучал, и которая стала прототипом моему нынешнему облику. Всё-таки охрененным сексом, во время которого я наслаждалась сериями потрясающих сладких оргазмов, он, как ни крути, занимался именно со мной.

Конечно, я старалась тайком расспросить слуг. Но все они, до единого, избегали общения со мной на эту тему. Кто-то очевидно пугался и это в ответ пугало меня саму, кто-то хмурился и говорил, что ему не велено обсуждать со мной это, а кто-то просто делал вид, что не расслышал мой вопрос и менял тему разговора.

Глава 16

Шок

Конечно, несмотря на то, что в получении информации меня явно ограничивали, я не оставляла попыток дознаться до правды. У меня не было Интернета, и свобода самостоятельных передвижений заканчивалась границами пусть и огромного, но всё же частного и закрытого Олегового участка. Я пыталась хитростью проникнуть на запрещённую половину дома, когда Олега не было, но ни одна из этих попыток не увенчалась успехом. Я пыталась подкупить слуг, но они, то ли очень держались за эту работу, то ли, что по моему мнению было куда вероятнее, слишком боялись прогневать Олега, но рисковать не решались и от намёков на такие темы уходили, как юркие рыбки в проточной воде.

Я пыталась следить за Олегом, насколько это позволял мой образ жизни, но это ничего не давало — наедине со слугами он всегда был очень сдержан, а его перемещения по дому обычно происходили только на той половине, вход в которую мне чаще всего был запрещён. К тому же я редко его видела и в основном — в компании Ньенги. Они часто пили чай в беседке по вечерам, но несмотря на то, что окно моей комнаты выходило в сад, они говорили так тихо, что я ничего не могла расслышать, даже когда замирала у открытого окна.