Космическая академия. Любовь без кофе не предлагать. Книга 1

Практика на серой планете

Идарика

Планета Амирак. Первая практика

— Сэм, страхуешь Мику. Селена, с тебя как обычно. Рика, замыкаешь, — командует Кирилл.

— Есть! Так точно! Принято! Выдвигаемся, — раздаются в шлеме голоса ребят.

Марш–бросок по заиндевелой планете. Повсюду острые, словно нож десантника, серые каменные глыбы. Мелкие камешки перекатываются под протектором облегчённого скафандра, ноги вязнут, скорость падает. Ветер дует в спину, помогая, подгоняя, будто воя: «Скорее! Быстрее!», куда ни глянь, всюду одинаковый серо–сизый пейзаж. Уныло.

— Твёрже шаг! — бодро командует Кир. — Ускоряемся!

Группа подчиняется безоговорочно. Восемь часов непрерывной ходьбы по пересеченной местности — не повод для усталости и жалоб.

— Кир, через полтора километра!

— Отлично! — хвалит Селену староста, получив фото предполагаемого места привала и координаты. Он дублирует мне данные машинально, не сопровождает комментариями по закрытой от остальнных связи.

Рельеф планеты до ужаса однообразен, от ветра мало, где можно спрятаться, так что ближайшее каменное кольцо — идеальный вариант для ночлега.

Только разместившись с максимально доступным комфортом, можно выдохнуть, прийти в себя.

График дежурств давно согласован наперёд, так что после ужина большая часть отряда со спокойной совестью легла спать.

«Кир, ты запугал всю группу!» — попробовала пробиться к упрямцу.

«Рика, просто заткнись», — надеясь грубостью прекратить беседу ответил Кирилл.

«Хрен тебе! Никто словом не перебросился, все заблокировались как на допросе! Бери себя, чёрт подери, в руки! Что происходит?»

Я психовала, Кирилл молчал. Не блокировался, но и не отвечал. Два месяца мы не видели прежнего командира, лишь его тень. Точнее… Безукоризненную, роботизированную, безэмоциональную его версию.

«Кир, пожалуйста, поговори со мной», — посреди ночи не выдержала я, зная, что он тоже не спит. — Не молчи, прошу. У меня крыша едет от беспокойства!»

«Мне нужно ещё немного времени, я уже почти пришел в себя. Спи».

Я замолчала, но начала крутиться, вертеться, жалобно вздыхать и вести себя максимально громко. Женские провокации — это, конечно, недостойно заместителя командира отряда, но я уже как только ни пыталась пробиться сквозь его щиты — бесполезно. Вот и приходится действовать коварно и давить на слабое место Кира — ответственность."

"Он наверняка думает про себя, что я кручусь и не даю спать ребятам, отряд не сможет полноценно отдохнуть, а значит, завтра мы не выполним минимальную норму или, не приведи звёзды, кто–нибудь по недосыпу оступится, подвернёт ногу… Нет, Кир не выдержит и сам выйдет на связь, лишь бы я прекратила суету.

«И чего тебе не спится, а»? — проворчал друг.