Ваше Сиятельство 4т (СИ)

Захаров… вот его интерес к моей персоне был нежелательным. Но что поделаешь, работа у императорских «надзорщиков» такая — совать свой нос, куда не просят. Хотя сам Захаров как человек мне был приятен. Надо будет — найдёт, пообщаемся. Я ни от кого не скрываюсь.

Я постоял возле гостиной ещё минут пять, выслушав Дениса и парней из охраны, их сообщения о вызывающих подозрения прохожих и эрмиках, иногда проезжавших возле нашего дома. Затем направился к маме.

— Саша! — Елена Викторовна вскочила с дивана, едва я открыл дверь. — В самом деле был у Артемиды? Боги, как же хорошо всё!

— Да, мам. Только не надо, об этом всем рассказывать, — мы обнялись. — Люди к такому будут относиться с недоверием.

Последние мои слова она будто не услышала и начала расспрашивать:

— А почему так случилось? Что за интерес у Небесной к тебе? Это же не просто так, Саш! И почему она забрала тебя на столько дней? — графиня взволнованно разглядывала меня. — У тебя будто глаза светятся. Почти как у самой Охотницы. Присаживайся, немедленно расскажи мне всё!

И я присел на диван, переложив на столик журналы, которые читала графиня. Рассказал ей не всё, а лишь такое, что придало бы маме спокойствия и уверенности в том, что дела мои действительно идут хорошо и всё складывается благоприятно. О произошедшем в ритуальном зале поклонников Морены, Елена Викторовна, к счастью, не знала, что меня избавило от сложных разъяснений. Моя история выглядела так, будто Артемида просто пригласила меня погостить и оказать ей некоторую помощь, суть которой я не раскрыл. И о том, что Ольга Ковалевская тоже была во владениях богини мне пришлось сообщить, поскольку мама что-то знала об этом от самой Ковалевской — княгиня заезжала к нам домой вчера, извещала, что со мной всё хорошо. По моей просьбе о том, что я был в беспамятстве несколько дней и не слишком здоровым, Оля умолчала.

Закончив рассказ, я засобирался к себе:

— Мам, извини, пойду. За обедом увидимся. На сегодня очень много дел. Кстати, от графа Голицына мне ничего не приходило?

— От Голицына нет. Саш, — она тоже встала с дивана и на её лице появилась едва заметная нерешительность, несвойственная Елене Викторовне: — Майкл сегодня приедет. Ты же его выслушаешь? Он в любой момент готов испытать твою магию и подтвердить свою честность. Пожалуйста, будь мягче с ним, он и так очень пострадал.

Эта весть меня не обрадовала. Не хотел я видеть рожу бритиша в нашем доме, даже если он в самом деле весь такой честный и во всех отношениях распрекрасный. И проверить его, я обязательно проверю, причём самым серьёзным образом. Жестко проверю, как в свое время Лиса.

— Ладно, пусть приезжает. Пообщаемся, — сказал я, направляясь к двери.