07'92

– Даже не думай!

Ответ не удивил, и навязываться я не стал, но, когда мокрая Алёна выбралась из ванны и начала спешно вытираться, всё же не упустил возможность погладить её упругую попу. Получил за это по руке, да ещё в отместку блондинка, убегая в комнату, выключила свет. Впрочем, через оконце под потолком, выходившее в кухню, света проникало достаточно, и я наскоро сполоснулся, после отправился собираться.

– В ванной кран капает, – предупредил девушку, будто это имело сейчас хоть какое-то значение.

– Вот возьми и почини! – огрызнулась Алёна, которая к этому времени уже надела бюстгалтер и теперь, стоя ко мне спиной, склонилась над выдвинутым ящиком с нижним бельём в поисках чистых трусиков.

– И что мне за это будет?

– Только сунься! – сразу предупредила блондинка. – Оторву всё под корень!

Вид открывался соблазнительней некуда, но, как видно, время Алёну и в самом деле поджимало, и я совладал с возбуждением, начал одеваться, между делом спросил:

– Стрижка твоя, кстати, как называется?

– Короткое каре.

– А на голове?

Алёна шутки не оценила, натянула белые трусики и принялась возиться с чулками.

– Детский сад, штаны на лямках, – фыркнула она и предупредила: – Учти – продолжения не будет!

– Серьёзно? – не поверил я.

– Да, Серёжа! Серьёзно! У меня и без тебя всё хорошо!

– Вчера ты считала иначе.

Блондинка влезла в юбку, поправила её, подвигав из стороны в сторону, и взглянула на меня.

– Вчера я была напугана и слишком много выпила. А ты бессовестно воспользовался моим состоянием! – Она поджала губы так, что уголки строгого рта поползли вниз, и с укором добавила: – Неоднократно!

Вот тут мне и не удалось удержаться от самодовольной ухмылки.

– Первый раз – да, а дальше надо ещё разобраться, кто кем пользовался! Ты на мне…

– Неважно! – перебила Алёна, самую малость покраснев. – Как говорит Мальцев, это просто форс-мажор! На этом всё – намотай себе на ус!

Некстати вспомнилась вчерашняя неосмотрительность, и я проворчал себе под нос:

– На ус намотать не так страшно…

По счастью девушка как раз надевала блузу и ничего не расслышала, а то бы точно чем-нибудь запустила. Но не услышала и не запустила, вместо этого вырвала из тетрадки листок в клетку и начала писать заявление на отпуск без содержания."

"Я подтянул завязки спортивных штанов и попытался сунуть револьвер в карман прямо с полотенцем, но со столь объёмным свёртком такой номер не прошёл. Тогда позаимствовал у Алёны платок и обмотал им рукоять оружия. Если примут менты – не поможет, зато в любой момент могу скинуть и пальчиков не останется.

Алёна отдала мне заявление, сама задержалась у зеркала накрасить губы и придать должный вид коротким прядям серебристо-белых волос.