07'92

Мы с Ромой водителя тоже на этот счёт просвещать не стали. Сожгли – значит, сожгли.

– Совсем хулиганьё распоясалось! Никакой жизни не стало! Вот она – свобода! Лопайте полной ложкой, не подавитесь только! А за границей и свобода, и порядок! Там машины не жгут!

Владимир разговор не поддержал, но дядька продолжил бухтеть себе под нос, умолк только когда свернул в посёлок. Дорога была не заасфальтирована, автомобиль тяжело переваливался и скрипел, выбираясь из одной ямы и закатываясь в соседнюю. Вновь дядьку прорвало уже на месте.

– Ну что за люди? – возмутился он, остановив «москвич» на перекрёстке. – Такие дворцы отгрохали, неужели не могут скинуться и всем миром асфальт положить?! Самим же ездить! Вот в Германии такие дороги, всем дорогам дороги! Автобаны!

В одном водитель был совершенно прав: двухэтажные особняки иначе как дворцами и в самом деле не поворачивался назвать язык. Насколько я помнил, раньше здесь была окружённая высоченными тополями поляна, куда мы иногда ходили играть в футбол, но сейчас от деревьев не осталось и следа. Их выкорчевали, а землю разделили на участки и застроили. Точнее – застраивали; местами ещё стояли бетонные фундаменты, кое-где стены только заводили под крыши или уже даже шли отделочные работы, но пока что на соседей свысока взирали пустые оконные проёмы.

– Ну ничего себе! – только и протянул Рома, выбравшись из машины.

И это ещё мягко сказано – «ничего себе»! Нечто подобное мне доводилось видеть разве что в американских фильмах, действие которых происходило в богатых пригородах. Там двери домов и ворота пристроенных к ним капитальных гаражей тоже выходили прямо на улицу. Правда, у нас заборы выглядели куда солидней, так просто на задние дворы не пройти – кругом каменные стены метра в три высотой.

«Москвич» развернулся на перекрёстке и укатил прочь, а Владимир решительно двинулся к одному из так поразивших нас с Ромой особняков, уже полностью обжитому. Приятель молча ткнул меня локтем в бок; я кивнул – мол, вижу.

И тут коммерсант досадливо выругался. Раздражение его вызвала стоявшая на площадке перед домом зелёная «нива», и я напрягся.

– Проблемы?

– Нет, просто шурина принесло.

– Так, может, он и отвезёт? – предложил Рома, проявив поразительное здравомыслие.

– Я Рустаму даже горшок вынести не доверю, не то что меня куда-то везти, – отрезал Владимир и предупредил: – Стойте, сейчас гараж открою.

Коммерсант отпер входную дверь собственным ключом и скрылся в доме; мы остались дожидаться его на улице.

– Некислые хоромы! – заявил Рома, оглядываясь. – Бабок немеряно вбухано!

Я кивнул, но подумал совсем о другом.