07'92

Вот и посмотрим, как ты труп на куски разделаешь. Трепаться всяк горазд, а ты – сделай! Сделаешь – тогда иди, куда хочешь, держать не стану.

Стало ясно, что не стоило злить урода в прошлый раз, пальнёт он теперь чисто из принципа, слабину не даст. Даже если просто в землю пальнёт, дробью может и зацепить. Паршиво. Но и спускать подобного самоуправства я сторожу не собирался, спросил напрямую:

– А ты кто такой, чтобы здесь что-то решать?

За спиной хрустнул гравий, я оглянулся и обнаружил, что как-то совершенно незаметно приблизился Денис. Он вытянул руку, и Михалыч кинул ему моток верёвки.

– Сергей, ты горячку не пори, – попросил после этого Афганец. – Володя сейчас приедет, всё решит. Сам понимать должен – долг на тебе немалый, придётся отработать. Пошли, пацана подвесим, пока не очухался.

Михалыч молча лыбился, но взгляд его оставался злым и напряжённым, было видно, что не отступится. Я пожал плечами, развернулся и зашагал вслед за Денисом, а в голове всплыло неоднократно слышанное от дядьки высказывание: «вход рубль – выход два». Правило негласное, но повсеместное. И Граф нас с пацанами замазать хотел, чтобы мы дальше от него ни на шаг, и Мальцев что-то подобное со мной провернуть собирается. Вот убьют сейчас этого Федю… Да что там – убьют? Я и убью! И окажусь крепко-накрепко с коммерсантом повязан. Уже не за деньги, а за страх работать начну, а там либо конкуренты грохнут, либо менты на горячем прихватят.

Оно мне надо? Ответ был очевиден, вот только Михалыч с ружьём наперевес топал следом; если попытаюсь вытянуть из кармана револьвер, урка точно первым пальнёт без сомнений и колебаний. Да и какая там убойность у двадцать второго калибра? Первой пулей могу наповал и не уложить, а тогда шансы схлопотать заряд дроби подскочат до небес. И Денис в стороне точно не останется. Тут ведь речь о самодеятельности не идёт, я – свидетель, пока что ни в чём особо предосудительном не замазанный. Такого отпускать нельзя. Да никто и не отпустит…

12|07|1992

день

Федю-заику мы подвесили посреди цеха. Так решил Денис. Он долго ходил и выбирал место, потом выкрутил пленнику руки и связал их за спиной, связал не только в запястьях, но и у локтей. Затем велел мне перекинуть через балку конец верёвки, и мы подтянули её, так что парня будто на дыбу подвесили. На деле, он не висел, а замер на полупальцах, но я бы не согласился поменяться с ним местами ни за какие коврижки.

– Ну и к чему это всё? – спросил стоявший в отдалении Михалыч, который и не подумал нам помогать. Меня караулил, сука…

Прежде чем ответить, Денис затянул свободный конец верёвки на загнутом анкере, торчавшем из бетона.

– Всё нужно по уму делать, – повторил он и крутанул в руке нож.