07'92

– Вот сейчас выгрузим и перепроверим!

Ильяса такое предложение не воодушевило.

– Давай бумаги и хоть до утра тут мудохайтесь! – заявил он. – Некогда нам всякой хернёй страдать!

Я сунул руку в карман и спокойно сказал:

– Нет.

Из-под олимпийки было не разобрать, что именно я собираюсь использовать в качестве последнего аргумента, и парни нервно переглянулись. Ильяс смерил меня оценивающим, но при этом ничуть не испуганным взглядом, сплюнул под ноги и предупредил:

– Володе обо всём расскажу.

– Я тоже. А теперь тащите три ящика и разбегаемся.

Парни отперли склад и приволокли недостачу, тогда я вручил Ильясу его копию накладной и отошёл к кабине грузовика. Вроде и не пятился, но при этом никого из поля зрения не выпускал. Встал на подножку, забрался внутрь и скомандовал:

– Валим!

Мы обогнули цистерны, выехали в ворота и запылили прочь.

– Фу-у-ух! – протянул Рома и вытер вспотевший лоб. – Думал, махаться придётся, уже монтировку приготовил…

– Да не, – усмехнулся я. – Просто проверяли, вдруг получится кинуть."

"Напряжение отпустило, меня начало немного потряхивать. Попытался устроиться на сиденье поудобней, мельком пожалел, что не курю, потом не выдержал, забрал у приятеля сигарету и сделал пару глубоких затяжек.

– Блин, как вы только курите эту гадость?

– Очко жим-жим? – догадался Романов, принимая обратно окурок.

– Ага, – признал я и озаботился внимательным изучением нашего экземпляра накладной. По документам водка была произведена на одном из областных предприятий, но получили мы её не напрямую с завода, а через какого-то посредника из разряда «рога и копыта». Уверен – если попытаться раскрутить эту цепочку, концов не найдут.

С северо-запада пришли тяжёлые тучи, быстро темнело, и Рома включил ближний свет. Именно лучи фар и высветили после очередного поворота перегородившую дорогу машину.

– Ну что за на фиг?! – возмутился Рома. – Ну пробило у тебя колесо, так сдай в сторону! Раскорячился, блин!

И точно – белые «жигули» встали чуть ли не поперёк проезжей части, с одной стороны объехать их мешали кусты, с другой – глубокий кювет. Да ещё мужик какой-то рукой махал, призывая остановиться.

– Олень безрогий! – выругался Романов, начав сбрасывать скорость.

И тут в голове будто щёлкнуло: белые «жигули»! Глухомань, перегороженная дорога, груз водки тысяч так на сто восемьдесят и белые «жигули»!

– Рома, жми на газ!

А что ещё оставалось? Ни развернуться, ни сдать задом мы попросту не успевали. Только гнать на прорыв!

– Ты чего, Серый? – опешил мой приятель.

– Мальцев о белой «жучке» предупреждал! Гони, справа прорвёмся!

Рома послушно притопил педаль газа, но как-то слишком уже неуверенно.