07'92

Одно с другим сочетается плохо, никак не сочетается – если уж на то пошло. И родственникам того порубленного на куски мажора Жукову трогать смысла нет. Да и бандитов они привлекать бы не стали. И о чём это говорит?

– О чём? – не понял я.

– Кому мешает и Мальцев, и Жукова? Или, допускаю, связь Мальцева с Жуковой?

– Понятия не имею.

– Жене его, баран! – резко выдал опер. – Он на ней женился не от большой любви, а из-за связей тестя, а тут перспектива развода замаячила!

Я молча кивнул, тогда капитан продолжил:

– Насколько знаю, официально на Мальцеве никакого имущества нет, все его схемы серее некуда, вот супруга и не пожелала у разбитого корыта оставаться. Первый раз, что ли?

– Как-то круто для жены, – усомнился я.

Козлов пропустил это замечание мимо ушей.

В отделении я проторчал никак не меньше пары часов. Сначала писал свидетельские показания о попытке неизвестных затолкать в машину гражданку Жукову, затем ждал, пока поднимут фотографии участников банды Хиля. Но ждал не зря – в итоге уверенно опознал пожилого боксёра, с которым схлестнулся на газоне. Согласно подписи на обороте, тем оказался некий Симак Арсений Эдуардович, сорок восьмого года рождения.

Мужичка, сбитого с ног в самом начале, толком не разглядел, насчёт него ничего определённого сказать не смог, а вот Феди-заики на снимках не увидел совершенно точно.

– На выезд! – скомандовал Козлов оперативникам, вытолкал меня в коридор и сам вышел следом. Сунул в руку листочек с каким-то номером и предупредил: – Будет что-то срочное, позвони и оставь сообщение. Говори прямо, канал надёжный.

– Теперь-то чего звонить? – вздохнул я.

– А тип с фоторобота? Не попадался на глаза?

– Пока нет.

– Увидишь – сразу звони. Это наша главная цель. Возьмём его – посадим Мальцева, и он не оторвёт тебе голову.

– Фоторобота мало, чтобы мокрушника расколоть.

– Его есть чем и помимо фоторобота прижать.

Не став дожидаться оперов, мы вышли на улицу, и там я спросил у Козлова:

– А смысл в моих показаниях, если заявления от пострадавшей нет?"

"– Будет и от неё заявление, всему своё время, – уверил меня капитан и потребовал: – К Алёне теперь даже близко не подходи! Понял? Тебя, дурака, грохнут – не беда, сам виноват. А её жалко. Красивая. Связалась же с вами…

– Она с Мальцевым связалась, не со мной!

– Вали давай! – ожидаемо прозвучало в ответ.

Я развернулся и зашагал прочь. На душе было паскудней некуда.