Бедовый 3. Княжий человек

— Это ты молодец. Это ты хорошо зашел.

Хмурый трактирщик неожиданно расцвел. Ну да, много ли надо торговцу для счастья? Сущие копейки. Хотя не прям копейки.

Я достал из рюкзака кошелек и отсчитал семнадцать монет. Василь чуть ли не плясал от радости. Видимо, он мысленно распрощался с деньгами или уже думал, как будет возвращать серебро с незадачливого рубежника нелегальными способами. Интересно, тут тоже есть мордовороты, которые долги выбивают? Я даже надпись в подъезде представил: «Моровой, верни Василю три серебряных монеты!» или «Неблагонадежный рубежник».

Вот правда говорят — берешь ты чужие, а отдаешь свои. Вроде все сделал правильно, теперь ничего никому не должен. Только в душе неприятно заквакала жаба.

— Еще что-нибудь моему любимому клиенту? — продолжал улыбаться трактирщик, даже когда деньги перекочевали в его карман.

— Да, хотел кое-что своим друзьям взять на пробу. Посоветуй что-нибудь?

— А какова цель? — уточнил Василь.

— Что значит какова цель?

— Что ты хочешь от ваших посиделок.

— Ну не знаю, — пожал я плечами. — Посидеть, расслабиться. Только чтобы голова не трещала утром.

Он кивнул, а я запоздало стал понимать.

— Погоди, у тебя что, выпивка настроение меняет?

— Ну, это слишком грубо говорить, — уже возился Василь с каким-то небольшим бочонком. — Но в целом да. Про хист свой не скажу, сам понимаешь. Но он с этим делом связан.

— Не говори, я и сам понял. Чем больше людей выпьет твоей медовухи или пива, тем промыслу лучше, так?

Василь хитро посмотрел на меня, отрицательно помотал головой, однако ничего не добавил. Ну и ладно, больно надо. Зато после манипуляций по переливанию жидкостей, трактирщик протянул мне две здоровенные бутыли литров по два с половиной каждая.

— Белое вино, домашнее. Как ты хотел, будет легкое чувство эйфории и расслабленности. Давно его сделал, да особым спросом не пользуется. С тебя одна деньга.

— А мы тогда что пили? В смысле, пиво с оттенком чего?

— Как обычно, — пожал плечами трактирщик, — угар и веселье. Самые ходовые вещи. На них я выпивки больше всего продаю. Хочется еще и еще.

— Долго вино хранится будет? — спросил я, впихивая бутыли в рюкзак. Даже закрыть сверху не получилось, горлышки остались торчать.

— С месяц. Стекло зачарованное. Если не разобьешь, назад приноси, я тебе скидку потом небольшую сделаю.

Я взглянул на ратников — те и не собирались уходить, продолжая о чем-то разговаривать. Можно, конечно, подойти и отвести в сторону. Однако именно в этот момент я ощутил на себе недобрый взгляд одного из рубежников воеводы. Ладно, ладно, я умею ждать.

Теперь рюкзак заметно оттягивал плечи. О том, чтобы убрать все на Слово и мысли не было. Не представляю, что тогда со мной будет.