Лесной князь

– Думайте что хотите, Катерина Васильевна, – буркнул Иван в ответ, стягивая свой тулуп.

– Вот я и думаю, что Вы специально сделали так, чтобы я осталась зимовать у Вас!

Иван проигнорировал ее выпад и лишь как-то, странно, посмотрев на нее, произнес:

– Вы вся в грязи Катерина Васильевна, я затоплю баню.

Он стремительно вышел из избушки, и уже через миг Катюша услышала, как он закрывает дверь на ключ, который чуть ранее достал с печи. Только когда он вышел, Катя начала, наконец, думать связно. Девушка начала напряженно размышлять, что она сделала не так и, отчего он так быстро нагнал ее. Катя пришла к следующим выводам. Во-первых, ее следы были очень хорошо видны. А во-вторых, видимо Иван был действительно отменным охотником, и мог искусно выслеживать добычу.

Катюша вдыхала запах, запаренного свежего веника, чувствуя ритмичные похлопывания мокрой листвы по своей обнаженной разгоряченной спине. Девушка все еще была раздражена. Почти час она сидела, запертая в избушке, пока Иван возился с баней. Факт того, что он связал ее руки, и притащил обратно в свою избушку, а затем запер, словно какую-то скотину, вызывал в Кате такой протест, что когда молодой человек воротился в избу, она зло смерила его взором и прошипела сквозь зубы:

– Вы просто дикарь! Ясно Вам?!

– А Вы глупая неблагодарная девчонка! Сколько я сделал для Вас! Да не окажись я в том березняке по осени, Вас бы убили! И где Ваша благодарность? Думаете только о себе!

В ответ Катя испепелила его злым взглядом и отвернулась. Он, молча, неучтиво схватил ее за локоть и потащил на улицу. Когда они вошли в маленькую баньку, Катюша с негодованием оттолкнула его руку и начала нервно сбрасывать с себя одежду.

И теперь Иван стоял рядом, обнаженный, заполняя своими широкими плечами и мощной фигурой почти все маленькое пространство парилки. Неожиданно он прекратил бить ее березовым веником, и девушка почувствовала, как его широкая ладонь опустилась на ее ягодицы и начала их ласкать. Катя вмиг открыла глаза и хмуро посмотрела на стоящего рядом молодого человека. Заметив ее недовольство, Иван убрал руку и вновь принялся орудовать веником по потной спине девушки.

– Довольно сердиться, котенок, – вдруг ласково проворковал он, склоняясь к ее ушку. Катюша отметила, что видимо от ее прелестей его молчаливый гнев исчез и теперь он пытался вновь примириться с ней. – К тому же тебе вредны все эти волнения. Ребеночку от этого тоже не хорошо…

– Что? – опешила Катюша, вмиг распахнув глаза и, обратив на него лицо, ошарашенно посмотрела на него.

– Неужели ты еще не поняла, что тяжела? – произнес Иван проникновенно, обжигая ее страстным взором.

– Это невозможно, – ответила Катюша, едва не задохнувшись от осознания его слов.