Дитё. Князь

Мерин с именем Сивый уже был осёдлан конюхом, я проверил коня под любопытным взглядом вышедшего во двор барина, после чего мы с ним распрощались, и я, вскочив в седло и проверив, как закреплены сумки, выехал с территории поместья.

Проехав буквально километров семь-восемь, проверяя, как мерин на ходу – тот оказался вполне на уровне, нёс меня уверенно и спокойно, я бы даже сказал флегматично, – остановился у озера на ночёвку.

Ночью, полулёжа на подстилке из одеял, я поглядывал на языки огня, бурливший на костре чайник и, перебирая струны гитары, напевал фривольную песенку, как вдруг в глаза бросилась небольшая странность. Кисти рук слегка светились.

– Ну наконец-то! – радостно воскликнул я, убирая гитару в сторону.

Сняв с костра чайник, я поставил его на траву, после чего начал разоблачаться. Полностью, пока не встал у костра совершенно голым. Привычно вызвав свечение – откликнулось оно молниеносно, – провёл ладонью левой руки по запястью правой. У меня на глазах кисть руки временно онемела, короста от ран начала отваливаться, уродливые шрамы исчезли, и кожа приняла чистый вид. Разве что цвет у кожи был разный, руки-то загорели. Я последние несколько дней упражнялся с револьвером. Стрелял-то как бог, скажу без лишней скромности, но я нарабатывал вместе с тренировками по стрельбе ещё навык быстрого извлечения оружия. Выхватывания из кобуры, если проще. Прогресс был налицо. Тренировался я или в рубашке, или с голым торсом, так что загореть успел.

После этого я занялся остальными шрамами. Сперва на другой руке, потом на ногах, оставив спину напоследок. Вот с ней было сложнее, на затылке глаз у меня не было. Со спиной я работал по очереди обеими руками. Видно было плохо, но я по несколько раз проводил по одному и тому же месту. Так что спина была сперва бугристая от шрамов и коросты болячек, но после моих процедур короста осыпалась, и кожа на спине стала гладкой-гладкой. После этого я провёл комплексное лечение. То есть провёл руками по всему телу, убирая все болезни, что успел подхватить, пока путешествовал по России. Стало заметно легче, да и двигаться я стал немного по-другому, не стесняли уже шрамы на спине мои движения. А то резко наклонишься вперёд, и сукровица по спине побежала. Плохо на спине раны заживали, а тут раз, и порядок.

– Вот и отлично, – осмотрел я себя при свете костра. – Теперь и в люди можно выходить. А что? Главная примета, шрамы, убрана. Как теперь докажешь, что я тот самый иноземный князь, что повеселился в Екатеринбурге и под городом? А никак. Только при очной ставке с тем ротмистром. Так что для местных сыскарей я должен быть вне подозрений.

Снова одевшись, я, попивая чай, стал разглядывать карту и прикидывать свой путь.