Дитё. Князь

Я не мог сообщить, кем являюсь, так как у меня был кляп и я постоянно был связан, а когда у меня вытащили кляп и вставили деревяшку перед экзекуцией, я не успел ничего сказать, – говоря, я расстегнул рубаху и, скинув ее, повернулся спиной к слушателям. Одна дама от вида моей спины охнула и рухнула в обморок, её спутник не успел поддержать свою даму. – Я был в сознании, когда меня били. Именно от этих верёвок у меня остались грубые шрамы на руках и на ногах, последние вы не видите. Что сделали с моей спиной, вы уже лицезрели. Я князь, я дворянин. Моя кровь бурлила от той ненависти, что я испытывал к местному помещику и его людям. Когда вытащили деревяшку, я не стал ничего говорить. Просто не имело смысла, так как я решил, что все, кто присутствовал при казни, умрут от моих рук. В жилах моих течёт кровь многих предков, которые прославились как жестокие воители, все они всегда раздавали долги. Для нас это священно. От наших рук даже умирали короли и цари, когда они были нашими врагами. Моя кровь тоже бурлила, требуя мщения. Я смог освободить одну руку, кровь из ран ослабила верёвку, позволяя мне это сделать…

Накинув рубаху и облокотившись о стойку, я спокойно рассказывал, как пережидал в лесу, пока заживут глубокие раны на моём теле, и как вернулся в поместье. Дама, которую подняли с пола, опять хлопнулась в обморок, да и двум мужчинам поплохело от моих подробных рассказов, как поместье превратилось в одну общую могилу, как я расправился с охотниками и как воздал должное Авдею и помещику.

– …а помещик слабаком оказался. Три удара – и умер от разрыва сердца. В штаны наложил и умер со страху. Авдей и то покрепче был. После того как месть свершилась и подонки получили своё, я забрал лодку, трофеи и отплыл вниз по реке, пока не сел на почтовую карету и не встретил вас. Там уже мелочь, не требующая уточнения. Фальшивки я сделал во время плаванья. Не думал, что они мне особо понадобятся. Мои планы были добраться до Питера и отплыть ближайшим рейсом во Францию или Англию. Ваша страна мне не понравилась. Негостеприимная, знаете ли.

Молча слушавший до этого ротмистр разлепил плотно сжатые губы и спросил:

– То есть вы признаете, что убили дворянина Российской империи и его людей?

– Да, – просто сказал я. – Замечу, что девушка жива, хоть и тронулась умом. С женщинами я стараюсь не воевать. Я не говорю, что не убиваю их, просто стараюсь этого не допустить, если они мне ничего не сделали. А эта дворянка не присутствовала при пытках, поэтому претензий я к ней не имел и оставил её живой. А то, что она повредилась умом, так я тут не виноват, психика у неё слаба оказалась, когда увидела, как я рублю дворню во дворе поместья.

– Вы задержаны по обвинению в производстве фальшивок.