Закон клыка

И даже сшиб рыжего урода с ног, успев при этом заметить, что он бросил автомат, бесполезный в ближнем бою, и выдернул нож из поясных ножен. Очень нехилый охотничий «боуи», больше похожий на короткий меч.

Плечо обожгла боль. Гад ползучий, по плечу резанул! Вполне мог до сустава располосовать, но лямка рюкзака помешала. Я же задвинул рыжему прямой удар кулаком в промежность, чувствуя, как от резкого тычка лопается надрезанная лямка.

Двинул – и не попал.

Рыжебородый шустро ушел от моего прямого и занес нож надо мной. Удар… но я успел перекатиться вбок, и нож вонзился в злосчастный рюкзак, подаривший мне лишнее мгновение. Тем не менее, ситуация оставалась неблагоприятной для меня: я лежу на спине, а надо мной навис крепкий бандюк, вооруженный нехилым ножом, пусть даже застрявшем в брезенте, но это ж временный пустяк…

Злорадно оскалившись, рыжебородый рванул на себя свое оружие – и выдернул его, правда при этом его слегка качнуло назад. Я же за эту долю мгновения успел лишь выпутать руку из второй лямки. Встать – не успеть, порежет урод, видно, что с ножевым боем он дружит плотно. Эх, была не была!

Рюкзак валялся между мной и бандитом. Незначительная преграда – перешагнул и руби-режь-кромсай себе врага, валяющегося на земле. Рыжебородый даже ногу занес было…

А шагнуть не успел.

Я резко ударил с двух ног по рюкзаку, словно по зеленому поршню, который двинул рыжему по колену. Не особо сильно, но результативно, ибо неожиданный удар практически всегда эффективен.

Бандит поскользнулся на крови товарища, неловко взмахнул руками, и упал лицом вниз…

Но до земли не долетел. Отжавшись на руках, я ударил ногой еще раз, попав точно под дых.

На этот раз удар был сильным. Я максимально вложился в него, оттолкнувшись при этом руками и послав все тело вперед. Конечно, и сам я при этом грохнулся на пятую точку, но рыжего аж приподняло в воздухе от такого посыла.

Он отлетел на пару шагав назад, и этого вполне хватило. Потому, что там, позади него пролегала четкая граница Живого тумана. Успевшая уплотниться, ставшая хорошо видимой. И на этой черте, отделяющей царство мертвых от мира живых, безмолвно толпились полусгнившие трупы, не в силах перешагнуть границу странной и страшной аномалии.

Бандит рухнул ничком, едва коснувшись при этом макушкой границы Живого тумана…

Но этого оказалось достаточно.

Чья-то худая, длинная, жилистая рука, изуродованная гниющими язвами и трупными пятнами, протянулась вперед и схватила бандита за грязную бороду. Схватила, дернула к себе…

Рыжий тоненько, по-бабьи взвизгнул, махнул своим ножом. И даже на две трети перерубил конечность длиннорукого мертвеца. Но тут в его огненную шевелюру вцепились еще несколько трупов.