Закон клыка

В последний раз я видел этого мутанта в довольно плачевном состоянии. Очень надеюсь, что он выжил после ранения, и сможет починить мою «Бритву»…

По моим подсчетам до заброшенного села было еще идти пешком километра четыре по пересеченной местности. В принципе, для опытного сталкера час-полтора ходу, если, конечно, на пути не попадется болото или еще какое препятствие. На карте в КПК этот участок Зоны не был вообще никак обозначен. Пустота девственная. Нет ничего. То ли не нарисовали те, кто ходил тут ранее, то ли рисовать было некому. Или нечего. А что тут нарисуешь, когда одна трава вокруг по колено, серая, как сталкерская жизнь… Хотя нет, уже не серая.

Зеленая!

Стоп! Блин… Зеленая трава? В Зоне???

Вдруг до меня как-то очень хорошо дошло, почему никто ничего не нарисовал на карте об этом месте. И не написал ничего. И не пометил красным кружком, мол, опасность, не лезьте сюда.

Наверно, потому, что никто не вышел отсюда…

Внезапно с моих глаз будто пелена упала.

Что это было вообще? Наведенный морок? Вполне может быть. В Зоне полно аномалий, умеющих компостировать мозги почище жены с тридцатилетним стажем. Заморочит так, что прямо перед собой увидишь самое настоящее счастье, дармовое, большое, светлое, золотое…

И шагнешь вперед, смеясь, радуясь, и протягивая к нему руки…

А потом окажется, что не в дармовое счастье влез ты по самые уши, а по собственной воле в «мясорубку» вошел. Со всеми печальными последствиями, вытекающими из этого факта. Такие дела. Меня еще Шухарт предупреждал о таком, мол, возле сильного артефакта может всякое показаться.

Вот и до меня дошло, что не может быть в Зоне такого бескрайнего обилия зеленой травы. Встречается, конечно, хилая травка с желтизной или прозеленью, но чаще она просто серая, словно густо обсыпанная пеплом. Трава-зомби, выросшая на мертвой земле. Тоже мертвая, но почему-то… живая, вопреки всем законам природы.

И как дошло это все до меня – враз живая, яркая зелень растворилась на глазах, будто краска разом сползла со всей растительности вокруг, или у меня с носа очки со светофильтрами свалились.

Я стоял посреди большого серого поля, скучного, словно выцветшее рубище мертвеца. А прямо у меня под ногами лежал человеческий скелет. Не целый. Вернее, половинка скелета. Череп, грудная клетка, половинка таза, которую словно разрубили наискось острейшим мечом.

Вторая часть скелета отсутствовала, что, впрочем, неудивительно. Шагнул человек в «гравиконцентрат», ему ногу и расплющило. Он дернулся неловко от адской боли, упал, и вторая нога угодила в невидимую ловушку. И – всё.