Клубничное искушение для майора Зубова

Злится. Так забавно.

— А ты стала злая, Клубничка…

— Просила так не называть.

— Я твою просьбу отклоняю.

— Тогда еще раз: причины вашего появления здесь.

Он стоит, смотрит на меня. И по лицу вижу, недоволен развитием разговора. Явно рассчитывал на другое. По крайней мере, что поприветливей буду.

Ну правильно, я же под лестницей позволила… Дура, блин… Слова про замужество он, как и многие мужики, у которых есть цель завалить понравившуюся женщину в кровать, предпочел забыть. И, судя по всему, вознамерился продолжить наше легкое общение.

Ну а почему нет? Мы знакомы давно, секс у нас уже был… Что не так? А муж у нас не стена, подвинется. На время моей практики.

В этом был весь Зубов. Машка же рот на замке не держала, в красках мне поведала еще до рождения Соньки о его похождениях. И о том, что баб его она даже не считала. На двадцатой со счета сбилась. И это за полтора года нахождения в нашем городе!

Понятное дело, что действовала подруга из лучших побуждений, чтоб светлый образ первой несчастной любви поскорее разрушить, мне глаза раскрыть. И, наконец, заставить смотреть в сторону других мужиков.

Первые два пункта у нее «на ура» вышли. С третьим случилась заминка. Но это уже мои личные трабблы.

— Посмотреть хотел, как устроилась. Может, помочь в чем-то? Моя обязанность…

— Да? Интересно, всем так помогаете? А то вон, сосед с утра жаловался, что у него кран течет… Тоже поможете?

— Сосед — мужик, физик, с механикой и механизмами на «ты», — рычит Антон, — руки у него явно не из жопы. Если тебе жаловался, то, скорее всего, для поддержания разговора. И для иных… целей.

Меня не удивляет, что он знает все о моем соседе. В конце концов, проверка командированных, приезжих, временных и постоянных сотрудников центра реально входит в его обязанности…

— У меня нет никаких жалоб. Приятно, что Центр заботится о своих временных сотрудниках, — чеканю я, непроизвольно задрав подбородок.

— Слушай, Клубничка, — Антон настолько неожиданно делает шаг ко мне и кладет руки на плечи, что я не успеваю отшатнуться. А теперь уже и не могу. Тяжелые, словно каменные, ладони прочно лежат на плечах, придавливают к полу. От них идет жар. Распространяется по коже, растекается по венам. Я слышу, как сильно стучит сердце, ощущаю, как пересыхают губы от этого жара. Антон, похоже, тоже все это чувствует, потому что неосознанно сжимает меня сильнее, уже причиняя легкую боль. — Может, хватит? А? Ну чего ты такая колючая? Мы же не чужие друг другу…

Да ты даже не представляешь, насколько!"

"Я стою, смотрю на него, не делая попыток вырваться. У Антона, как у настоящего хищника, реакция на побег однозначная. Еще сильнее сожмет, а то и подтащит ближе к себе, окуная в свой жар, в свой огонь с головой.

Тут-то мне конец и придет.