Клубничная беда капитана Зубова

Смотреть, как она потерянно выгибается и кусает губки, ощущать, как судорожно сокращается на его пальцах, понимать, что это, наверно, первый ее оргазм, полученный с мужчиной…

Когда Клубничка затихает и доверчиво укладывает голову ему на плечо, Зубов лишь выдыхает, аккуратно вытаскивает мокрые пальцы из гостеприимной влажности и, не удержавшись, облизывает их, жмурясь от кайфа.

И дико сожалея о том, что могло бы сейчас быть, если бы она не боялась, а позволила.

В принципе, он прекрасно понимает, что мог бы и уговорить. Чуть поднажал бы… И все. Ну куда бы она делась от него здесь?

Но это было бы безвыходное положение для нее, а ставить женщин в безвыходное положение, заставляя принять его условия, не по-мужски.

Даже если член болит, и все ноет внутри.

5

— Охренеть, картина маслом…

Других слов и комментариев ситуации, предстающей перед глазами, у Зубова просто не находится.

Его объект, совершенно сумасшедшая, но, как он до этого считал, все же гетеросексуальная девка- гребанная каратистка, на днях в очередной раз умудрившаяся его разозлить до нервной трясучки, сидит на кухне в их съемной хате и обжимается с Клубничкой!

Той самой, которую он полторы недели назад жарко тискал в патриоте и, скрипя зубами, отпустил восвояси целую и практически невредимую, узнав о полной и абсолютной ее невинности.

Отпустил, да еще и какое-то напутствие умудрился дать, что-то типа: «Не езди больше со взрослыми дядями, девочка»…

Или еще банальнее…

Он и сам толком не помнил, чего нес, потому что не в себе был основательно.

Это не удивительно, учитывая жесточайший облом…

Хотел, понимаешь, со сладкой Клубничкой отжечь, а пришлось в одиночестве грустно передергивать…

А аромат ее клубничный так на пальцах и остался. Тех самых, что в нее засунул, скот…

Ох, и вкусная она была, ох, и сладкая…

Ох, и дурак он…

И особенным дураком себя почувствовал, когда придурастая бестолочь, которую ему, не иначе, в наказание за что-то определили, через пару дней после жесткого облома в патриоте пригласила ненормальную блондинку к ним домой, а та возьми, да и заявись с Клубничкой…

Ох, и тяжело ему тот вечер дался!

На одном нерве и злости продержался!

Девки явились, как к себе домой, Лола тут же утащила «братишку» в туалет, не иначе, член несуществующий искать, а Зубов с Клубничкой сидели на кухне, друг напротив друга, и молчали.

Тупо, как в каком-то старом, советском еще фильме.

Зубов старался не смотреть на девчонку, а она пару раз открывала ротик и тут же закрывала, краснея, бледнея и сводя его с ума своим клубничным ароматом.

Ну вот за что ему наказание такое?

Такая беда невозможная, клубничная?

Зубов надеялся, что «братишка», поняв опасность ситуации, выпроводит девок из квартиры, то эта мелкая сволочь решила поиграть.