Клуб шальных бабок

Надежда чертыхнулась и, спотыкаясь об кота, который нарочно бросился ей под ноги, понеслась на этот звонок: ей вдруг почудилось, что с мужем что-то стряслось… После вчерашнего разговора с Кнопкиной, сообщившей ей о страшной смерти Ольги Ястребовой, она вздрагивала от каждого телефонного звонка и ждала от них только неприятностей.

К счастью, это звонила секретарша психолога Синицкой.

– Надежда Николаевна, – проворковала девушка своим приветливым голосом, – вы случайно не забыли, что записаны к нам сегодня на двенадцать часов?

Надежда об этом совершенно забыла. И на прием к Нелли Дмитриевне до этой минуты она не собиралась, а собиралась стать примерной женой и настоящей домохозяйкой. Но тут она вспомнила, что накануне видела доктора Синицкую в клинике, вспомнила, что та проводила сеансы психотерапии с покойной Аленой и что ее визитная карточка была у той в сумочке…

И все ее благие намерения, конечно, пошли прахом. Она решила, что звонок очень кстати, настало время встретиться с Синицкой и теперь уже ей задать несколько вопросов.

– Да, я обязательно приду! – воскликнула она и взглянула на часы.

Было уже около одиннадцати, так что, если она хотела успеть, следовало поспешить."

"Тут до нее донеслись из кухни подозрительные звуки.

Надежда понеслась туда и застала душераздирающую картину: наглый кот сидел на столе и рвал зубами мясо, как лев, терзающий несчастную антилопу.

Увидев Надежду, он прижал уши и соскочил со стола с приличным куском мяса в зубах.

– Ах ты, скотина неблагодарная! – воскликнула Надежда и запустила в кота одной своей тапкой.

Тапок в кота не попал, а залетел под шкаф, из-под которого его пришлось извлекать шваброй. Этой же шваброй Надежда достала и кота, который шипел, мяукал и издавал еще какие-то звуки, как Надежда подозревала – грязные ругательства на кошачьем языке.

В итоге она кое-как спасла от кота большую часть мяса и засунула его обратно в морозилку. Мясо, а не кота, хотя стоило бы и этого наглого разбойника запихать туда же – глядишь, и изменил бы свое ужасное поведение.

На все эти процедуры ушло почти полчаса, и, когда Надежда выскочила на улицу, до назначенного Синицкой времени оставалось всего двадцать пять минут.

Надежда замахала руками, надеясь остановить машину, и – о чудо! – почти в ту же секунду автомобиль остановился рядом с ней, как по мановению волшебной палочки.

Правда, краем сознания Надежда отметила, что эта машина была чересчур шикарной для частного извозчика – сверкающая черным лаком длинная иномарка, – но она так спешила, что не придала этому значения и плюхнулась на мягкое сиденье рядом с водителем.

– В центр, к Казанскому собору… – проговорила Надежда Николаевна, переводя дыхание.