Ночной клуб на Лысой горе

Знаете, муляж собаки, прибитый к тротуару, меня потряс. Сначала я заплакала, так несчастную жалко стало. У нас дома стая животных.

— Правда? — обрадовалась Зоя. — Обожаю песиков.

— Поэтому дочь и стала доктором Айболитом, — пояснила я. — А женщина, которая упала ко львам… Господи, она выглядела настоящей! Как Касьянов муляжи делает?

— Не спрашивайте, не знаю, — развела руками пиарщица. — Федор в свою творческую мастерскую никого не пускает. Сейчас у него новый проект, не могу о нем пока рассказывать, вчера впервые увидела почти готовую инсталляцию и онемела. Это шедевр, который превосходит все, созданное ранее.

— Как интересно! Скажите, коллекционеры приобретают всю сцену или только часть? Например, «Смерть бабы»… — продолжала я, вынимая мобильный с фотографией. — Покупается лишь сама… э… э… простите, не знаю, как назвать правильно… кукла, муляж, манекен, чучело? Или нужно забирать все?

— Касьянов говорит: арт-объект. Или герой сцены, — пояснила Зоя. — Инсталляция — как картина, только написанная не на холсте или бумаге, а составленная из разных предметов. Можно ли вырезать из полотна, допустим, центральную фигуру, а стол с фруктами оставить? Я веду речь о картине Серова «Девочка с персиками».

— Конечно нет, — сказала я.

— С инсталляцией та же история, — продолжала собеседница, — в ней имеет значение все. Если в композиции находится старый рваный пакет, то это не мусор, а важная деталь.

Я опять сунула под нос Зое фото, которое прислал шантажист.

— Мне очень нравится «Смерть бабы». Но нужно большое помещение, чтобы хранить такую работу. У Змея, наверное, узок круг покупателей. Если его фанат живет в комнате в коммуналке, то у него нет шансов заполучить произведение любимого художника и восхищаться им каждый день. Обычным живописцам легче в плане поиска клиентов.

Зоя заправила за ухо прядь волос."

"— Дашенька, человек, который не может заработать на достойную квартиру, не станет собирать произведения искусства, ведь это очень затратное дело. И, смею вас заверить, многие полотна топовых современных художников сравнимы по цене с произведениями Змея. О таких мастерах, как Рафаэль, Боттичелли, Моне, я уж и не говорю. И буквально по пальцам можно пересчитать тех, кто может повесить их работы у себя дома. Насчет узкого круга покупателей Федора вы ошибаетесь. Есть музеи, мечтающие заполучить его композиции, как и частные лица с собственными галереями. Например, Фридрих Шторм. У него в имении два музея, один из них посвящен современному искусству, там два зала отведены Касьянову. У Федора нет проблем с заработком.

— В Интернете Змея обвиняют в предательстве, — вздохнула я, — вроде в юности он восставал против денег, властей, а сейчас, как пишут в Сети, «ест из рук тех, кто готов его кормить».